И  меня  за  это  называли  Почемучкой.   Меня  все  так  называли,   а
по-настоящему меня зовут Алешей.


        "ПРО ЧТО МАМА С ПАПОЙ ГОВОРИЛИ"

     Вот один раз приходит папа с работы и говорит мне:
     - Пускай Почемучка уйдет из комнаты. Мне нужно тебе что-то сказать.
     Мама мне говорит:
     - Почемучка, уйди в кухню, поиграй там с кошкой.
     Я сказал:
     - Почему с кошкой?
     Но папа взял меня за руку и вывел за дверь.  Я не стал плакать,  потому
что тогда не услышу, что папа говорит. А папа говорил вот что:
     - Сегодня я  получил от бабушки письмо.  Она просит,  чтобы ты с Алешей
приехала к ней в Москву. А оттуда он с бабушкой поедет в Киев. И там он пока
будет жить.  А когда мы устроимся на новом месте, ты возьмешь его от бабушки
и привезешь.
     Мама говорит:
     - Я  боюсь  Почемучку везти  -  он  кашляет.  Вдруг  по  дороге  совсем
заболеет.
     Папа говорит:
     - Если он ни сегодня,  ни завтра кашлять не будет,  то,  я думаю, можно
взять.
     - А если он хоть раз кашлянет, - говорит мама, - с ним нельзя ехать.
     Я  все  слышал и  боялся,  что  как-нибудь кашляну.  Мне очень хотелось
поехать далеко-далеко.


        "КАК МАМА НА МЕНЯ РАССЕРДИЛАСЬ"

     До самого вечера я  не кашлянул.  И когда спать ложился,  не кашлял.  А
утром, когда вставал, я вдруг закашлял. Мама слышала.
     Я подбежал к маме и стал кричать:
     - Я больше не буду! Я больше не буду!
     Мама говорит:
     - Чего ты орешь? Чего ты не будешь?
     Тогда я стал плакать и сказал, что я кашлять не буду.
     Мама говорит:
     - Почему это ты боишься кашлять? Даже плачешь?
     Я сказал, что хочу ехать далеко-далеко. Мама сказала:
     - Ага!  Ты,  значит,  все слышал,  что мы  с  папой говорили.  Фу,  как
нехорошо подслушивать! Такого гадкого мальчишку я все равно не возьму.
     - Почему? - сказал я.
     - А потому, что гадкий. Вот и все.
     Мама ушла на кухню и  стала разводить примус.  И примус так шумел,  что
мама ничего не слыхала.
     А я ее все просил:
     - Возьми меня! Возьми меня!
     А мама не отвечала. Теперь она рассердилась, и все пропало!