была какая-то дурочка... - И тихо добавила: - Правда, дурочка с мороза.
     Вдруг она повернулась к Николаю Николаевичу всем корпусом,  и он увидел
ее большие печальные глаза.
     - Дедушка!  Милый! - Она схватила его за руку и поцеловала ее. - Прости
меня!..
     - За что? - не понял Николай Николаевич.
     - За то, что я им верила, а они над тобой смеялись.
     - Разве ты в этом виновата?  - сказал Николай Николаевич. - Да и они не
виноваты,  что смеялись надо мной. Их можно только пожалеть и постараться им
помочь.
     - Может быть, ты их любишь? - Ленка с подозрением посмотрела на Николая
Николаевича.
     Тот ответил не сразу - помолчал, подумал, потом сказал:
     - Конечно.
     - И Вальку? - возмутилась Ленка. - И Рыжего, и Лохматого?!
     - Каждого в  отдельности -  нет!  -  У  Николая Николаевича от волнения
перехватило горло,  и он задохнулся.  - А всех вместе - да, потому что они -
люди!
     - Если  ты  будешь  психовать,  -  сказала  Ленка,  -  то  я  перестану
рассказывать.
     - Да я не психую,  -  рассмеялся Николай Николаевич.  - Подумаешь, даже
задохнуться разок нельзя. А ты давай, давай дальше, я слушаю.
     - Ну,  в общем, когда Рыжий обозвал меня чучелом, - сказала Ленка, - то
его кто-то сильно толкнул в  спину...  и  я  увидела впервые Димку Сомова...
Знаешь,  он меня сразу удивил.  Глаза синие-синие,  а  волосы белые.  И лицо
строгое. И какой-то он весь таинственный, как "Уснувший мальчик".
     А  Рыжего  он  толкнул сильно,  тот  врезался в  пузо  верзилы Попова и
бросился на Димку.  Я хотела крикнуть,  чтобы они не дрались из-за меня.  Ну
пусть я чучело, ну и что?.. Но они уже сцепились.
     Я зажмурилась.  Я всегда так делала,  когда начиналась драка. Я же тебе
главного не  сказала:  я  раньше трусихой была.  Когда пугалась,  то у  меня
отнимались ноги и руки. Пошевелиться не могла, как неживая.
     Только драки никакой не вышло. Я услышала спокойный голос Димки:
     "Сам ты чучело, и не огородное, а обыкновенно-рыжее".
     Я открыла глаза.  Оказалось,  Димка одной рукой скрутил Рыжего и держал
его крепко. А тот и не думал вырываться, скорчил рожу и крикнул:
     "Я обыкновенно-рыжее чучело!"
     Над ним все стали смеяться,  и он сам над собой смеялся громче всех. Да
ты же его видел, дедушка! - сказала Ленка. - Правда, он смешной?.. Ну просто
цирковой клоун - ему и парика не надо, он же от рождения рыжий!
     В тот момент, когда мы смеялись над Рыжим, вбежала веселая Маргарита. В
одной  руке  она  держала классный журнал,  а  в  другой  сверток в  цветном
полиэтиленовом мешочке.
     "А, новенькая! - Она увидела меня. - Куда же тебя посадить?"
     Она пошарила глазами по  рядам парт...  и  забыла про меня,  потому что
девчонки  обступили ее  и  спросили,  правда  ли,  что  она  выходит  замуж.
Маргарита ответила,  что  правда,  засияла от  счастья,  торопливо разорвала
мешочек, вытащила коробку конфет, открыла и поставила на стол.
     "От него?" - прошептала догадливая Шмакова.
     "От него,  -  Маргарита еще больше расцвела. - Угощайтесь", - и сделала