пространство, я сразу заплакал, один сказал: "Плачь, плачь, легче будет",
другой возразил: "Не один, чай, едешь, других тоже уважать нужно, хоть бы к
окошку отошел", вот остановка, я выскочил, все посмотрели мне вслед с
негодованием и довольные. Домой бегу быстрее лани, холодно, пятно и дорожки
замерзают, но мне не стыдно, а описался потому, что мне стало очень грустно,
на моем месте любой бы так поступил, за собой вины не чувствую, Платон во
всем виноват, все с него пошло!
Папа нашел следы текстов Неоплатона в девятнадцатом веке! Оказывается,
животрепещущие пауки из одного банкирского дома интернационального треста
продали их Герцену, и тот уже решил опубликовать тексты в девятнадцатом томе
полного собрания своих сочинений, да поссорился с Огаревым; забыл смотровую
площадку на Ленинских горах и невинные взгляды, когда клятву давали...
Тексты в очередной раз пропали, но папа благодаря своему интеллекту, а также
потрясению, вызванному моим рождением, не растерялся и восстановил автора, а
скоро возьмется за тексты!
Пусть мы не можем родить собственных Платонов, мы и сами не желаем, зачем
они нам? А вот собственных Неоплатонов - еще как можем!
Родственник приезжал, дядя чужой, новый мамин муж, забрать меня хотел,
объяснил почему - мы все здесь с ума сходим, пока не поздно, надо ребенка
спасать, может быть, ему в жизни повезет больше, чем нам, а у них с мамой
хорошо, все есть, также две птички над головой летают по квартире и собака
их охраняет. Неоплатон заинтересовался и спросил: "А какой породы?", - он
всегда животных любил. Мамин муж только начал отвечать обстоятельно и
неторопливо, как побледнел, мол, а кто это у вас разговаривает, а не видно?
Мы с папой ответили, что Неоплатон, а потом и Неоплатон все про себя
рассказал, дядя чужой совсем бледный стал, почти белый, в туалет просился,
долго там был и ушел от нас еле-еле. Меня увезти уже не хотел. Вечером
позвонила мама, поблагодарила нас с папой за то, что мы из ее нового мужа
сделали идиота, неужели теперь все - идиоты? Конечно, нет, ответил папа,
Неоплатон хороший.
Когда я не там и не туда посикал, решил вовсю описать портрет в нашей
школьной библиотеке, ведь Платон во всем виноват, с него все пошло! Долго
готовился, хотел зайти в библиотеку, когда там нет никого, и отомстить! Как
индейцы, мы с хорошими детьми в них играли в котловане, они так неожиданно и
смело мстили белым гадам за насилия и поругания своей индейской чести... Но
боялся, что не попаду, - портрет маленький и висит высоко, а я тоже пока
маленький, могу не достать. Решил написать в банку, словно бы для анализа,
потом прийти и вылить на портрет. Здесь главное - не испугаться, когда в
библиотеку с банкой войду, а во второй раз описаюсь, может войти в нехорошую
привычку, кто меня вылечит потом?
Я рассказал папе и Неоплатону, каким образом собираюсь отомстить Платону
за котлован и за то, что описался. Папа закричал, чтобы я не смел говорить
об этом даже в шутку, Неоплатон тоже заметил, что это не шутки, к этому надо
подходить серьезно.
Еще раз, серьезно и основательно, продумал план мести. Вот библиотекарша,
что нам книжки выдает с учебниками, одна осталась, я за дверью стою,
караулю, она вышла минут на пять, на десять по делам - позвонить кому или в