вообще какого бы то ни было приспособления. Бустамонте  наблюдал  за  этой
сценой с бесстыдным наслаждением, и, казалось, огорчился, когда  обыск  не
дал результата.
     - Как же так? - спросил он подозрительно. - Вы, Брейкнесский Маг! Где
же ваши волшебные чудо-приспособления, таинственные и безотказные?
     Палафокс,  безропотно  и  равнодушно  позволявший  обыскивать   себя,
ответил любезно:
     - Увы, Бустамонте, я не уполномочен отвечать на ваши вопросы.
     Бустамонте грубо рассмеялся, повернулся к стражникам:
     - Препроводите его в тюрьму.
     Нейтралоиды скрутили Палафоксу руки.
     - Еще только одно слово, - сказал Палафокс. -  Поскольку  на  Пао  вы
меня больше не увидите.
     - Уж в этом-то я уверен, - согласился Бустамонте.
     - Я прибыл сюда по воле Аэлло, дабы обсудить возможную сделку.
     - Подлая миссия! - вскричал Бустамонте.
     - О, лишь обмен излишками к обоюдной выгоде, - сказал Палафокс. - Моя
мудрость - ваши люди.
     - Не темните, у меня нет времени!  -  Бустамонте  нетерпеливо  махнул
стражникам, те подтолкнули Палафокса к дверям. Палафокс сделал  неуловимое
резкое движение. Стражники вскрикнули и отпрянули.
     - Что такое! - вскричал Бустамонте.
     - Он горит! Он испускает пламя!
     Палафокс продолжал своим спокойным голосом:
     - Как я уже сказал, мы никогда больше не повстречаемся с вами на Пао.
Но я еще  понадоблюсь  вам,  и  предложение  Аэлло  покажется  вам  вполне
разумным. Тогда вы сами прибудете на Брейкнесс.
     Он отвесил Бустамонте поклон, повернулся к стражникам:
     - Ну, а теперь пойдем.



                                    4

     Беран сидел, уперев подбородок в подоконник, и глядел в  ночь.  Видна
была лишь фосфоресцирующая полоса  прибоя  да  ледяные  сгустки  мерцающих
звезд - больше ничего.
     Комната располагалась высоко в башне, она была очень мрачна и  уныла.
Стены голые и неприятные на ощупь, окно забрано  тяжелой  решеткой,  дверь
настолько плотно пригнана  к  проему,  что  не  оставлено  даже  маленькой
щелочки. Беран знал, что это - тюремная камера.
     Снизу  послышался  слабый  звук  -  приглушенный  и   сиплый   смешок
нейтралоида. Беран был уверен, что смеются над ним, над злосчастным концом
его земного существования. Слезы  подступили  к  глазам,  но,  как  и  все
паонитские дети, он более никаких эмоций не обнаружил.
     Теперь звук послышался уже  у  самых  дверей.  Щелкнул  замок,  дверь
раздвинулась. В проеме стояли Лорд Палафокс и два нейтралоида.
     Беран с надеждой шагнул вперед, но что-то насторожило его,  приковало
к месту. Нейтралоиды  втолкнули  Палафокса  в  комнату.  Дверь  скрипнула,
закрываясь. Беран остался стоять посреди камеры, совершенно упав духом.