- Я умираю!
     Я услышал глухой стук за собой и начал поворачиваться.  Бык  выбрался
из водорослей и несся на меня. У меня не было времени убежать.  Левый  рог
попал мне в грудь, я взлетел в воздух. И упал лицом в песок. От боли перед
глазами вспыхнули огни, в горле  поднялась  рвота.  Я  забыл  о  том,  где
нахожусь, и подумал, что в меня выстрелили.
     К щеке прикоснулось горячее железо, другой укус пришелся в спину.  На
моей щеке сидел скорпион и судорожно дергался, все глубже и глубже  вонзая
жало. Я вытащил его вместе с жалом и отбросил от  себя.  И  снова  услышал
глухой звук. Бык топтал тело Тамил. Он снова  и  снова  поднимал  огромные
передние ноги и опускал на нее, вдавливал ее разбитое тело в песок,  ломал
кости. Бык стоял над ней и фыркал,  словно  принюхивался  к  крови,  потом
сунул рог ей в живот и поднял ее на воздух. Несколько  раз  прошел  с  ней
взад и вперед по берегу, потом поскакал в воду.
     - Тамара! - закричал я,  и  она  оглянулась  на  меня,  с  выражением
ненависти на лице. Раскрыла рот и подула на меня тьмой. И  когда  холод  и
антисептическая тьма сомкнулись надо мной, я заскулил перед смертью.


     Я встал и побрел из комнаты в комнату, ища чего-то словно  в  тумане;
не знаю, что я искал, но найти не смог.  Смотрел  на  вещи  в  комнатах  и
думал, не их ли ищу. Пошел к двери, и в лицо мне ударило солнце. Прошел  в
передний двор, разглядывая орхидеи и деревья. Не они ли то, что мне нужно?
И обнаружил, что стою перед дверью соседа. Я открыл ее.
     Родриго Де Хойос сидел в кресле в своей  гостиной.  Он  посмотрел  на
меня.
     - Дон Анжело, что случилось? Что случилось? - воскликнул он,  вставая
и пересекая комнату. Взял меня за руку и ввел в дом, потом заставил  сесть
в большое мягкое кресло. Я попытался встать, но он заставил меня сидеть. -
Вы больны? - спросил он.
     Я посидел несколько минут, думая, но ничего не мог  придумать.  Мысли
мои все время упирались в глухую стену. Я схватил Родриго за рубашку.
     - Произошло нечто ужасное! - сказал я и всхлипнул. Потом вспомнил:  -
Я хочу уйти! - И закричал: - Достаньте мне шаттл!
     Родриго смотрел на меня, словно решил, что я не в своем  уме.  Сложил
руки, взглянул на них, со свистом пропустил воздух сквозь зубы,  посмотрел
на часы. Потом, спустя,  казалось,  очень  много  времени,  подключился  к
Пан-транспорту и попросил как можно скорее прислать мини-шаттл.
     Он отвернулся на время, и я встал и направился к выходу. Он попытался
снова усадить меня, но я оттолкнул его, и он больше меня не останавливал.
     Я пошел домой, открыл дверь и обнаружил, что Эйриш по-прежнему  лежит
у основания лестницы и тяжело дышит сквозь маску.  Должно  быть,  одно  из
легких у него отказало. В воздухе пахло  чесноком  и  сожженной  плотью  и
волосами. Я удивился, что не помню, как проходил мимо него, когда  выходил
из дома. На пути в спальню я чуть не споткнулся о его тело.
     Тамара совершенно неподвижно сидела  на  кровати,  чуть  наклонившись
вперед. Я протянул руку и коснулся ее шеи, чтобы нащупать пульс. У нее  не
было  пульса.  Я  включился  в  монитор   сновидений,   чтобы   проверить,
регистрируется ли активность мозга. Впрочем, это ничего не значит: я знал,
что пока живы отдельные нервы, люди могут  видеть  сновидения  даже  через