Караульный,  видевший,  как  перебирались  через  забор   Смирнов   с
Кухарчуком,  услышал  выстрелы.  Если  знаешь,  что  именно  ты   должен
услышать, уловишь даже отголосок звука, даже раздробленное эхо. На  этот
раз никто не медлил, не переспрашивал.
   Шесть солдат  и  два  офицера  с  автоматами  бежали  вдоль  реки  по
утрамбованной гладкой тропинке.
   - Товарищ майор! - глухо выкрикнул один из солдат, бросаясь к реке.
   Майору  Грушину  хватило  короткого  взгляда,  брошенного  на   Славу
Кухарчука, чтобы понять, что тот мертв.  На  кустах  висели  камуфляжные
штаны, на мостках стояли две пары высоких ботинок со шнуровкой.
   - Где второй?
   Два выстрела, две сигареты, одежда, обувь - все говорило о  том,  что
Смирнов находится где-то рядом, но, скорее всего, уже мертвый и,  скорее
всего, в реке. Через полчаса по реке уже плавали лодки и  спецназовцы  с
баграми, снятыми с пожарных щитов, ворошили водоросли, поднимая  со  дна
клубы ила. Солдаты с автоматами стояли  на  берегу.  Никого  из  местных
жителей не подпускали к реке. Да никто особенно и не рвался.
   Еще не успели найти сержанта Смирнова,  а  весь  город  уже  облетела
весть, что  на  реке  чеченский  снайпер  убил  еще  двух  спецназовцев,
вернувшихся  из  чеченской  командировки.  Естественно,  была  объявлена
операция "Перехват",  проверялись  все  машины,  выезжающие  из  города,
железнодорожный и автовокзалы. Но в то, что удастся задержать чеченского
снайпера, на этот раз не верил никто, понимая, что не затем он  появился
в Ельске, чтобы пытаться из него убежать, -  у  него  тут  еще  остались
дела.
   Тело сержанта Смирнова безуспешно искали напротив огородов до четырех
дня, пока из города не примчался УАЗик и подполковник Кабанов не сообщил
майору Грушину, что Смирнова  нашли  в  самом  Ельске.  Двое  мальчишек,
удивших рыбу у моста, заметили,  как  у  сваи  перевернулось  тело.  Они
подняли крик, позвали взрослых.
   Тело, зацепившееся за ржавый гвоздь,  покачивалось  под  мостом.  Шея
сержанта Смирнова была прострелена навылет.


   Убийство сразу двух сержантов-контрактников вызвало шум уже не только
в Ельске. Случайность, которая повторяется, становится  закономерностью.
Значит, точно, отстреливают целенаправленно тех, кто был в Чечне, причем
именно в одной командировке, в одном заезде. Все трое убитых были хорошо
знакомы друг с другом, служили  в  одном  отделении.  Единственный,  кто
ничуть не удивился,  когда  ему  сказали  о  гибели  контрактников,  был
сумасшедший Гриша.
   - Я же сказал им, что  они  мертвые,  а  они  не  поверили,  -  мягко
произнес он, - а меня она отпустила...
   В городе появились столичные  журналисты,  но  дальше  ворот  бригады
спецназа  их  не  пустили.  На  фоне  этих  ворот  с   красной   звездой
подполковник Кабанов давал скупые объяснения перед телекамерами:
   - Да, убиты двое спецназовцев, предположительно снайпером.
   На замечание досужего московского журналиста,  что  убито  уже  трое,
Кабанов пожал плечами: