задержка.
   - Ты мне не ври!
   И тут Грушин  услышал  шум  в  доме.  Офицерам  спецназа  в  связи  с
последними событиями было разрешено ходить по городу с оружием.
   Грушин не стал  тратить  время  на  разговоры  с  водителем,  который
наверняка продолжал бы  покрывать  однополчан,  рассказывая  бредни  про
засорившийся карбюратор, загоревшуюся свечу, про  то,  что  подъехали  к
дому долить воды в радиатор.
   С пистолетом в руке Грушин бросился к дому. Сразу стало понятно,  как
в дом вошли спецназовцы: на крыльце валялась разломанная надвое дверь.
   - Уроды! - пробормотал майор Грушин и вбежал в гостиную., В это время
Прошкин уже держал в руках  снайперскую  винтовку.  Уманец  же,  зверски
оскалившись, приподнял за волосы голову Леонарда  правой  рукой,  а  два
растопыренных, напряженных, как прутья  арматуры,  торчащие  из  бетона,
пальца левой руки вплотную приблизил к глазам коммерсанта.
   - Ты, урод, хоть понял, что теперь тебе конец?  -  сказал  Уманец.  -
Сейчас я тебе глаза выдавлю, снайпер  гнойный!  Думал,  мы  до  тебя  не
доберемся?
   Грушин заподозрил, и не без основания, что Леонарда  пытают  давно  и
умело, если уж раздели догола.
   - Отставить! - крикнул он.
   Но  спецназовцы  уже  завелись  до  такой  степени,  что  даже  окрик
командира не смог их остановить.
   - Погоди, майор, мы его сейчас кончим, - попросил Куницын.
   - Иван Ильич, появись через пять минут, прошу! -  Прошкин  молитвенно
приложил руку к сердцу.
   - Христом-Богом молю, за наших ребят, - прошептал Маланин. - Если  бы
не мы, он бы и вас прикончил.
   - Отставить! - рявкнул Грушин и тут же выстрелил в потолок.
   Этот выстрел, громкий  и  неожиданный,  все  решил,  из  спецназовцев
словно вышел воздух.
   - Не успели, бля, - сказал  сержант  Куницын,  бросая  гомика  мордой
вниз. Тело вздрогнуло.
   "Живой", - с облегчением подумал майор Грушин.
   Прошкин продолжал держать снайперскую винтовку на вытянутых руках.
   - Вот она. Вот она, падла, товарищ майор.
   Из этой штуки выродок наших ребят уложил одного за другим, -  Прошкин
бережно приблизил снайперскую винтовку Драгунова к своему  лицу  и,  как
наркоман с листочка бумаги  втягивает  в  себя  белый  порошок  кокаина,
втянул запах затвора. - Порохом пахнет. Недавно стрелял!
   - Не стрелял я в людей! - из лужи крови пролепетал Леонард.
   - Не стрелял! А кто стрелял? Она сама стреляла, что ли? И ноги у  нее
есть, и пули сами вылетали? Вот она, товарищ майор, и его отпечаточки на
ней присутствуют.
   - Успокойтесь, мужики, - майору Грушину, с одной стороны, было не  по
себе, а с другой - его охватило радостное возбуждение.  "Неужели  страху
конец? Неужели его ребята смогли взять снайпера прямо на дому?"
   - Телефон здесь есть?
   Мальчишка,  сидевший  в  углу  и  дрожавший,  сквозь  слезы   наконец
заговорил: