смотрим  как полуденное  солнце  скрывается  за садом, длинные тени  раннего
вечера  создают узоры на белой стене.  Я держу Луизу за  руку, чувствуя ее и
ощущая, что может произойти еще одна близость  - узнавание другого человека,
более  глубокое, нежели  сознательное, больше  вселяющееся в  тело, нежели в
разум.  Я  не  понимаю это ощущение,  я  спрашиваю себя не  является ли  это
чувство обманом, мне никогда не доводилось испытывать ничего подобного, хотя
случилось  наблюдать  это  у  одной  супружеской  пары, прожившей много  лет
вместе. Время  не уменьшало их любовь. Казалось, что они превратились в одно
целое,  не  утратив  своих  индивидуальностей.  Такое  встретилось мне  лишь
однажды и вызвало  во мне  чувство зависти. Быть  с Луизой вызывает  во  мне
странное  чувство deja vu. Я не знаю ее достаточно  хорошо и все же я хорошо
ее знаю. Не благодаря фактам и  числам, (хотя я все время спрашиваю  ее  обо
всем, что  касается ее жизни), а благодаря  определенному доверию, которое я
испытываю к ней. В тот день у меня было чувство, что мы всегда были  здесь с
Луизой и что мы хорошо знали друг друга.
  "Я  говорила с Элгином" - сказала она. "Я  сказала ему что ты для  меня
значишь. Я сказала ему, что мы спали вместе"
  "Что он сказал?"
  "Он спросил на какой кровати".
  "На какой кровати?"
  "Наша супружеская  кровать,  думаю так он  ее называет,  он сделал  ее,
когда мы жили  на мои деньги  в  крошечном  домишке. Он проходил практику, я
преподавала, он стелил постель по вечерам.... Она очень неудобная. Я сказала
ему, что мы спали на моей  кровати "Для  женских  случаев". Тогда он немного
успокоился".
  Могу  представить  себе как Элгин относится к  своей  кровати  Вирсавия
всегда настаивала, чтобы мы спали на ее  супружеской постели. Мне непременно
нужно было  спать  на  его  месте.  Это  было осквернением  чистоты,  чему я
сопротивляюсь - кровать должна  быть  безопасным местом. Небезопасно  знать,
что стоит  тебе отвернуться,  и твое место займет другой. Сейчас я выставляю
напоказ мои  угрызения  совести, Но в то время  это меня не останавливало. Я
презираю себя за это.
  "Я  сказала  Элгину, что должна иметь  возможность встречаться с тобой,
свободно приходить и уходить с тобой. Я сказала ему, что не  буду обманывать
и  не хочу,  чтобы  он обманывал меня... Он спросил меня, хочу  ли я уйти от
него и я честно сказала, что не знаю."
  Она поворачивает ко мне свое лицо серьезное и встревоженное. "Я  честно
не знаю. Ты хочешь, чтобы я ушла от него?"
  Я сглатываю слюну и делаю усилие, чтобы попытаться ответить.
  Ответ, идущий из самого сердца комом стоит в моем горле: "Да. Собирайся
прямо  сейчас". Я не могу  это произнести, ответ приходит из  головы: "Давай
посмотрим, что у нас получится"
  Лицо  Луизы выдает ее только на секунду, но я знаю, что она тоже хотела
услышать "да" от меня. Мне хотелось помочь нам обоим.
  "Мы можем решить это в течение 3 месяцев. Это будет честнее, правда? По
отношению к Элгину, к тебе?"
  "А как насчет тебя?"
  Я пожимаю плечами.  "У  меня  с  Жаклин  все кончено. Я здесь  к  твоим
услугам, если ты хочешь взять меня".
  Она сказала: "Я хочу дать тебе нечто большее, чем адюльтер".