мощное приливное течение. Слева от нас, в полулиге  от  берега,
словно   клешня   гигантского   краба,   поднимались   из  воды
Королевские скалы. Это были два каменных пика --  один  повыше,
другой  пониже,  а  расстояние  между  ними не превышало, как я
прикинул, сорока шагов. Казалось  немыслимым  провести  корабль
между  этими  исполинами, и все-таки претендент на трон Онизоти
становился королем именно в тот момент, когда  это  проделывал.
Сам,. лично, стоя у штурвала.
     Неожиданно  где-то  ударил  барабан.  Я  прищурился  -- на
горизонте показался флагман. Он шел под всеми парусами и быстро
приближался. Когда он проходил  мимо  очередного  корабля,  тот
салютовал ему флагом и звоном рынды. Вспомнив ночные события, я
подумал,  что  недалек  тот  час, когда королю будут салютовать
пушки.
     Тут внимание мое привлек  Тапис  --  совершенно,  как  мне
показалось,  не  к  месту,  од  принялся  расстегивать  куртку.
Расстегнув две нижние пуговицы, он нагнулся, как бы  для  того,
чтобы  почесать  колено,  и тут же из травы ему за пазуху серой
молнией шмыгнула крыса. Тапис поспешно выпрямился  и  застегнул
куртку,  а  затем  вновь сосредоточил свое внимание на маневрах
флагмана.
     При этом он рассеянно  играл  ниткой,  длиной  сантиметров
десять, серебристый цвет которой напомнил мне что-то. Посмотрев
на  судно, я понял. Ткань, из которой сшиты были паруса корабля
си-Турмана.
     Тем временем флагман прошел мимо  последнего,  ближнего  к
берегу  судна  и,  сделав  разворот,  устремился  к королевским
скалам. В тот же миг на нем были подняты и флаги -- синий  флаг
Онизоти  и  королевский  штандарт  --  уже знакомая мне цветная
капуста. Си-Турман провел корабль мимо скал, затем направил его
через гигантскую каменную клешню.
     -- Время, -- едва слышно произнес Си-ву. Тапис  кивнул  и,
намотав  нитку  на  палец, разорвал ее резким рывком. Флагман в
это  время  находился  строго  между  скалами.  В  прошлом  мне
приходилось  ходить  под  парусом,  и я хорошо представлял себе
сложность операции -- провести судно  по  узкому  коридору  при
сильном  боковом ветре и волнении. Тем не менее си-Турман почти
справился со своей задачей -- почти, потому  что,  когда  Тапис
разорвал  нитку  --  часть, как я понимаю, груза нашей парусной
ткани, той самой, из которой сшиты были паруса  флагмана,  они,
эти  самые  паруса,  растаяли  без  следа.  Все словно замерло.
Обернувшись, я увидел музыкантов, поднявших трубы, уже  готовых
играть  марш...  Или  что  там  играют  в Онизоти на коронации?
Секунды две эта немая картинка  сохранялась,  а  затем  флагман
бросило  на  камни.  Я  увидел,  как  сломалась  фок-мачта, как
накренился, зацепившись снастями за правую  скалу,  корабль,  и
посыпались с его палубы маленькие, словно игрушечные, фигурки.
     Тапис  распахнул  на  груди  куртку,  и  крыса, до тех пор
неподвижно сидевшая у него за пазухой, выскочила  наружу  и,  в
три прыжка преодолев расстояние до обрыва, исчезла из виду. Тут