удобство.
   Единственным выпадавшим из  модернового  стиля  предметом  здесь  был
старинный красного дерева шкаф, в котором под  стеклом  были  выставлены
спортивные трофеи в виде позолоченных кубков и статуэток.
   Похоже, все четыре года учебы в Монекийском колледже Уолтер Килли был
ведущим игроком футбольной, баскетбольной и бейсбольной команд, а  также
чемпионом по гимнастике. После окончания колледжа он три  года  играл  в
профессиональной футбольной команде на Среднем Западе, свидетельств чему
тоже хватало в этом шкафу.
   - Ну, вот, - внезапно сказал Уолтер, и я, поймав  себя  на  том,  что
глазею по  сторонам  как  деревенщина,  впервые  очутившийся  в  большом
городе, снова повернулся к Уолтеру. Теперь он сидел за столом  в  мягком
вращающемся кресле и, опершись локтями на стол и сложив ладони  домиком,
изучал меня. У него за спиной  монотонно  жужжал  кондиционер,  заглушая
едва слышный уличный шум.
   Мне приходилось встречать деловых людей, способных,  точно  лампочку,
включать и выключать свое обаяние, но Уолтер был единственным среди них,
от природы наделенным обаянием,  и  при  этом  умел  по  своему  желанию
включать и выключать деловитую краткость  и  бесстрастность.  Впервые  я
осознал  это,  когда,  посмотрев  на  него  через  стол,   увидел,   как
улыбающиеся губы вытянулись в прямую линию,  лучики  смешливых  морщинок
вокруг глаз исчезли, а спина и плечи окаменели.
   Когда Уолтер  заговорил,  мне  показалось,  будто  он  читает  тезисы
доклада.
   - Как вам известно, Пол, - сказал он, произнося мое имя  без  всякого
выражения,   -   АСИТПКР   впервые   берет   студентов-практикантов   из
Монекийского колледжа, но также и из других учебных заведений. - На  его
губах мелькнула мимолетная фальшивая улыбка. - Так что все это  для  нас
так же внове, как и для вас.
   Было потрясающе интересно  за  ним  наблюдать.  Под  маской  делового
человека даже его обаяние казалось притворным, улыбка неестественной,  а
некоторая фамильярность в обращении  выглядела  безыскусной  уловкой.  Я
думаю, именно поэтому Уолтер мне и понравился, хотя обычно  мускулистые,
стриженные  ежиком  футбольные  кумиры  меня  раздражают.  Он  не   умел
притворяться, а его неловкие попытки делать это  вызывали  непреодолимую
симпатию.
   Наконец Уолтер опустил ладони на стол, придвинул  к  себе  коричневую
папку и, открывая ее, сказал:
   - Доктор Ридмен  прислал  мне  ваше  досье,  и  я  с  удовлетворением
ознакомился с ним. Специализация по экономике, хорошие  оценки  по  всем
предметам, предпоследний курс. В прошлом году вы ведь проходили практику
в группе инспекции Хэмсбро?
   - В течение шести месяцев я звонил в двери, - кивнул я, - но так и не
знаю, что они там на самом деле инспектировали, поэтому  не  думаю,  что
преуспел в экономике.
   - Научитесь у нас, - пообещал он. - Возможно, это будет не экономика,
но вы приобретете полезные знания. - Уолтер закрыл папку и снова  сложил
ладони домиком. - Монекийская  система  обучения  весьма  эффективна,  -
добавил он. - Ведь я испытал ее на себе и чрезвычайно  доволен.  Полгода
занятий в аудитории, полгода практики по специальности. -  На  его  лице