- Ошиблись домами, - сказала она, - соседний дом, -  и  захлопнула  у
меня перед носом дверь.
   Хорошенькая соседка, ничего  не  скажешь.  Неудивительно,  что  Элис,
невзирая на опасность, предпочитала оставаться дома.
   Невзирая на опасность? Теперь эти слова пульсировали у меня  в  мозгу
все время, пока я шел к дому Элис. Осталась ли Элис  дома,  невзирая  на
опасность, или просто она о ней не  знала?  Где-то  в  городе  Уиттберге
бродил мужчина - или женщина? - привычнее  считать  убийцу  мужчиной,  -
который дважды совершил убийство. Если убийца замыслил третье  убийство,
то как можно предотвратить его? Никак? Ведь третьей жертвой должна  была
стать Элис. Ей тоже известно о его преступлениях. Он еще не  знает,  что
эти сведения уже стали достоянием слишком многих людей. Он уже не сможет
убивать дальше. Теперь ему самое время спасаться бегством,  но  он  пока
этого не знает. Он надеялся, что последнее,  третье,  убийство  послужит
гарантией его безопасности. Убийца был умен и все рассчитал  точно:  так
или иначе, к разоблачениям причастна Элис. Либо она помогала Гамильтону,
либо Гамильтон докопался до  сути  сам  и  поделился  секретом  с  Гаром
Джефферсом, а тот рассказал обо всем Элис. Следовательно, Элис  в  любом
случае должна по замыслу убийцы отправиться в небытие вслед за  Чаком  и
Гаром.
   Однако Элис не верила в грозящую ей опасность. Подобно мне, она  была
не подготовлена к жизни затравленного существа. Я не верил в  чудовищные
преступления властей, даже когда меня избивали в полицейском управлении.
Сейчас Элис в  своем  доме,  в  родном  городе  не  могла  ощущать  себя
затравленным существом. И даже я в это по-настоящему  не  верил.  Я  был
здесь, чтобы защитить ее,  но  это  была,  в  сущности,  лишь  видимость
защиты, суета, подобная тому, как чрезмерно заботливые мамаши заставляют
своих детей надевать галоши при виде пасмурного неба.
   Но сейчас, шагая по тихой, залитой солнцем  улице,  я  вдруг  осознал
грозившую Элис реальную опасность. Какой глупостью, нет, сущим  безумием
была сама мысль о возвращении Элис прошлой ночью домой! Мы обязаны  были
снять ей номер в мотеле и поручить Джорджу охранять ее днем и  ночью,  а
ее местонахождение должно было держаться в строжайшем секрете  от  всех.
Нельзя противостоять заряженному револьверу презрительными сентенциями о
мелодраматичности ситуации. У револьвера есть неопровержимый аргумент  -
он может вас убить.
   Оставшуюся часть пути к дому я проделал бегом. И жал на кнопку звонка
до онемения пальца.
   Элис оказалась дома. Она была жива. Просто она проявляла осторожность
и  открыла  дверь  только  тогда,  когда,  осторожно  выглянув  в  окно,
убедилась, что это я.
   Стал бы я стрелять в окно, если бы был убийцей?
   Я ворвался в дом, как человек, спасающийся от погони,  и  с  грохотом
захлопнул за  собой  дверь.  Элис  смотрела  на  меня,  потом  испуганно
спросила:
   - Пол, в чем дело?
   - Ты должна отсюда уехать, - сказал я, - немедленно, собирай  чемодан
и поехали.
   Она смотрела мимо меня на дверь расширенными от страха глазами.
   - А что там случилось, Пол?