Ниппи просунул голову в сейф  и  оглядывал  его  стенки  зорким  глазом
специалиста.
   - Здесь было что-то сложено в сейфе, вот до такой высоты, - и он  ткнул
пальцем в середину внутренней стенки шкафа. - Видите эту пыль?  Хотя  нет,
не увидите, потому что вам не приходилось работать с  сейфами.  Это  самая
мелкая пыль в мире, мельче частиц дыма, потому  что  она  проникает  через
щели, невидимые простым глазом. Но пыль  стерта  на  дне  и  нижней  части
стенок.
   Как Джимми ни старался, он не  мог  разглядеть  никакой  разницы  между
верхней и нижней частями стенок. Его глазам стенки казались безукоризненно
чистыми, без единой пылинки.  Но  он  не  сомневался  в  правдивости  слов
старательного взломщика.
   - Потеряли миллион, - размышлял Ниппи вслух. - У  меня  такое  чувство,
что пройдет много времени, раньше чем вы увидите свои денежки.
   Несмотря на свое разочарование, Джимми расхохотался.



        9

   Дора Кольман закрыла книгу  и  опустила  ее  на  колени,  Поднявшись  с
глубокого удобного кресла, в котором она весь день  попеременно  читала  и
задумывалась, она вышла в огромный зал. Паркер возился у  наружной  двери,
закрывая ее уже на ночь задвижкой, так как мистера Кольмана не было  дома,
его вызвали в провинцию по неотложному делу.
   Остановившись на нижней ступеньке, Дора обернулась и спросила Паркера:
   - Никто не звонил по телефону?
   - Нет, мисс.
   Она ушла к себе, начала медленно раздеваться и  уже  через  пять  минут
спала.
   Окна ее спальни выходили на Портленд-плэс.  Особенностью  дома  мистера
Кольмана был узенький балкон на втором этаже,  тянувшийся  во  всю  ширину
фасада. Идя спать, Дора распахнула окна и двери своей комнаты,  выходившие
на балкон, и выглянула на улицу. Часы пробили полночь, но широкая  площадь
перед домом была оживлена, так как в одном из  противоположных  домов  был
бал, и в центре площади вереницей стояли ожидающие гостей  автомобили.  По
улице и площади обыкновенно всю ночь сновали взад и  вперед  автомашины  и
мотоциклеты.
   Ее разбудил не шум остановившегося мотора. Площадь  была  необыкновенно
тиха, и ее тишина не нарушалась даже шумом шагов запоздалого пешехода. Она
взглянула на светящийся циферблат золотых  часиков,  стоявших  на  столике
около постели. Стрелки показывали несколько минут четвертого.  Нет,  и  не
шум дождя разбудил ее. Очевидно, это был гром - отдаленные раскаты его еще
слышались глухо.
   Дора села в постели и взглянула на раскрытые настежь двери и окна.
   Накинув на себя халатик и спустив ноги  с  кровати,  она  пошла,  чтобы
закрыть окно. Когда она приблизилась к окну, молния осветила  все  кругом,
и, вскрикнув, девушка отступила на шаг. Неясный мгновенный  свет  позволил
ей разглядеть в дальнем конце балкончика  темную  фигуру,  прикорнувшую  у
парапета. И фигура эта - в этом не могло  быть  сомнения  -  была  фигурой