проверять наводку пушек. - Первая!
     Загремел бортовой залп,  и когда дым немного  разошелся,  громкое
"ура" прокатилось по морю.  Новосельский разбил у врага часть рангоута
и перебил много снастей.  От этого  вся  оснастка  судна  ослабела,  и
корабль,  опасаясь потерять мачты,  не мог уже идти полным ветром. Дав
последний залп,  не причинивший  "Меркурию"  вреда,  стодесятипушечный
корабль лег в дрейф и вышел из боя.
     Остался один  семидесятипушечный  противник.  Кренясь,  на   всех
парусах  он  выбегал  из-за  дрейфовавшего  капудан-паши,  намереваясь
добить "Меркурия".
     Неравный бой  продолжался.  Теперь  русские  моряки,  выбившие из
строя  более  мощного  врага,   дрались   еще   яростнее.   Неприятель
приблизился,   но  держал  почтительную  дистанцию.  Когда  Казарский,
маневрируя,  кидался к нему навстречу и "резал  нос",  чтобы  избежать
бортовых залпов, турецкий корабль панически отворачивал в сторону.
     Улыбка искривила тонкие губы Казарского. Он понял, что паша, видя
отчаянную решимость русских моряков,  не без основания опасается,  что
бриг свалится с ним на абордаж и взорвет себя вместе с врагом.
     Около пяти  часов  удачный  залп  брига  повредил оснастку турка.
Огромные брусья рухнули на палубу,  увлекая за собою паруса  и  оголяя
мачту.  Корабль  заметно потерял скорость.  Снова "ура" прокатилось по
морю.
     Прокофьев и    Притупов   с   матросами   лихорадочно   работали,
восстанавливая паруса,  и бриг,  все более и более окрыляясь, наддавал
ходу под ровным ветерком.
     Около половины шестого,  паша,  безнадежно отстав,  лег в дрейф и
отказался  от  преследования.  Солнце  клонилось  к потемневшему морю.
Закопченные и изорванные паруса "Меркурия"  стали  золотыми.  Гордо  и
уверенно   резало   воду  героическое  суденышко,  больше  трех  часов
сражавшееся  с  противником,  в  десять  раз  сильнейшим,  и  вышедшее
победителем в этой схватке.
     На рассвете 15  мая  шесть  линейных  кораблей  адмирала  Грейга,
шедшие на всех парусах,  чтобы отомстить за гибель "Меркурия", увидели
на горизонте идущее на всех парусах судно и с изумлением узнали в  нем
бриг, который считали погибшим.

НИКОЛКА

     Когда фрегат входил на рейд  Петропавловска,  маленький  камчадал
Николка,  сын  каюра,  возившего почту в Большерецк,  ловил на взморье
крабов,  вместе с дюжиной широколицых и узкоглазых товарищей, бродя по
колено  в  холодной  воде,  среди  скользких  и  мшистых зелено-черных
камней. Первым увидел судно семилетний Баергач.
     - Транспорт из Охотска! - крикнул он.
     "Аврора", на всех парусах выбежав из-за мыса,  надвигалась теперь
неторопливо и величественно, гоня под носом белый бурун.
     Николка загоревшимися  глазами  оглядывал  многоярусные  выпуклые
паруса,  изящные  обводы  черного  корпуса,  опоясанного широкой белой
полосой с черными квадратами пушечных портов.
     - Ай-ай,  какой  молодец!  Ай-ай,  как птица летит!  - восхищенно