Пес Гаврила приходит в  мою комнату  в 7 - 8 часов и садится у кровати.
Деликатно ждет. Я просыпаюсь и еще несколько минут тоже жду. Потом шевелюсь.
Пес готовно  оживает,  кладет  тяжелую  лапу на  край  кровати.  У  нас  уже
выработался ритуал: я чешу ему под мышкой две-три минуты, глажу уши, и тогда
он довольно урчит, бухается на пол. Досыпать. Рядом не с хозяином (не терплю
этого слова!) - рядом с отцом-другом.
     Один друг - собака?
     Нет! Неправда.  Живут друзья,  с которыми провел самые прекрасные годы.
Не все, но многие живут. Некоторых увидел недавно. Четыре месяца назад - это
недавно, если вспомнить, что встретились мы впервые сорок лет назад.
     Изумляют цифры: 30-40-50 лет,  которые  уже  прошли в моей сознательной
жизни...
     О дружбе много сказано и написано. А где ее границы? Кого можно назвать
другом?
     В далекой юности я об этом не задумывался. Получалось само собой: Вовка
Дегтярь стал  другом,  хотя  мы  были  абсолютно разные. Валера Бондаренко -
тоже, но с ним у  нас было много общего. Стаська Стриженюк  сам напросился в
друзья, он меня выбрал из тридцати  мужиков нашего  пестрого конгломерата  в
Литинституте, и я не протестовал, он мне  тоже пришелся по душе. ПРИШЕЛСЯ ПО
ДУШЕ! В этом все дело.
     ...Но все это - былое.  Прошло 30 - 40 лет. И  я вспомнил своих друзей.
ВСЕХ. Хотя  - опять не точно. Я  их  всех всегда вспоминал  и  раньше,  хоть
изредка. Но  сейчас они возникли как-то все сразу - без выбора, без расчета.
И о них хочу рассказать.
     Два импульса были, пришли.
     Первый толчок... Я только что вернулся с моря и в какой-то газете нашел
случайную цитату -  ссылку  на стихи  неизвестного  мне поэта. Я вырезал тот
газетный клочок  и  вложил под стекло  стола. Автор - хороший поэт.  Старый,
потому что вспоминает в основном  ушедших  друзей  своих.  Сейчас,  в начале
рассказа,  не стану приводить стих  полностью.  Когда  вспомню об ушедших  -
приведу. А пока:

     Спокойно ль вам, товарищи мои?
     Легко ли вам? И все ли вы забыли?

     Стоп! Остальное - позже.
     А  второй  импульс  прозвучал,  когда  вдруг  услышал  давнюю  кассету,
заправил ее в магнитофон, и молодая еще Алла Пугачева тихим голосом (если бы
она всегда  так  пела!) выдала потрясающие стихи  Беллы  Ахмадулиной: "И вот
тогда  из  слез,  из темноты,  из  бедного  невежества  былого  друзей  моих
прекрасные черты появятся и растворятся снова..."
     Но была еще одна, главная причина, по которой взялся за эту непростую и
радостную работу. Я приехал в город своей юности, который сегодня - в другой
стране. Странно это, несправедливо, не принимает душа.
     Но  и город  мой  прекрасный стал иным.  Хотя основа осталась  -  Нева,
Невский, родные улицы и переулки, с которыми связаны смех и слезы прошлого.
     Уже несколько месяцев пытаюсь найти тональность, стиль, манеру рассказа
о своих  друзьях.  Уверен,  что они  не признают сентиментальности. Слюни  и
сопли пускать не стоит. А ведь тянет!
     Все  они достойно прожили свою жизнь. На  разных должностях и  в разных