растаял и стек... Вот смотри!
      - Солнце   могло  растопить  воск,-  возразил   Ноэ,-  но
развязать узел?..
      - Да, но...
      - О,  я	заранее знаю, что вы хотите сказать, Анри. Узел
можно потом и завязать опять! Если бы вопрос шел о письме вашей
матушки,  тогда  другое  дело, потому что тут только разница во
времени:   ее	величество  предписала	вскрыть  ее  письмо  по
прибытии  в  Париж,  а вы вскроете его немного раньше, только и
всего. Но письмо графини де Граммон...
      - Раз  ты  находишь,  что  это было бы дурно... Генрих не
закончил  фразы, так как его внимание отвлек шум, послышавшийся
с  молчаливой  и  пустынной  дороги. Действительно, к гостинице
"Свидание  волхвов" подъезжала группа из двух всадников и одной
всадницы.   Впереди   ехал   жирный  старик,  одетый  в  камзол
коричневого  сукна,  в	шляпе без пера и вооруженный аркебузой,
подвязанной  к его седлу. Все это явно указывало, что он не был
дворянином.  Сзади него ехал слуга с двумя большими чемоданами.
Женщина,  замыкавшая  кортеж верхом на прелестной белой лошади,
тоже была одета не по-дворянски, но казалась такой хорошенькой,
несмотря  на  маску  (в  те  времена  женщины  по большей части
путешествовали	в  масках),  была так изящна и тонка, так ловко
сидела	в седле, что можно было заподозрить в ней знатную даму,
путешествовавшую инкогнито.
      - Эй, хозяин! - крикнул горожанин, подъезжая к гостинице.
Трактирщик лениво поднял голову и безразличным тоном спросил:
      - Что вам угодно?
      - Вот  это  мне нравится! - крикнул горожанин, соскакивая
на  землю.- Что мне угодно? Мне угодно поужинать и переночевать
здесь.	Вместо ответа трактирщик красноречиво перевел взгляд на
Генриха  и  Ноэ,  как  бы  желая  сказать этим, что, раз у него
остановились знатные проезжие, он не очень-то дорожит какими-то
там мещанишками.
      - Эй,  хозяин!  -  заметил  ему	Генрих.-  Да  ты  никак
отказываешься от лишней клиентуры?
      - Уж  простите, ваша милость,- ответил смущенный хозяин,-
но  я  не  рассчитывал,  что  будет сразу такая масса проезжих,
а...-  И  вместо  окончания  фразы  трактирщик поднял на воздух
своего гуся.
      - Понимаю! - сказал  Генрих.- Этот гусь предназначен нам,
и у тебя больше ничего нет. Ну так не велика беда! Мы поделимся
гусем  с этим господином! - И, повернувшись к незнакомцу, принц
приветливо сказал: - Приглашаю вас, любезный, отужинать с нами!
      Горожанин  поклонился  чуть  не  до  земли  и пробормотал
несколько  благодарственных  слов.  В  это  время  и трактирщик
быстро	сменил	небрежность на самую угодливую услужливость. Он
подскочил  к  молодой женщине, помог ей сойти с седла и крикнул
работнику:
      - Живо,	Нику!  Сейчас  же  расседлать лошадей и дать им
через четверть часа двойную порцию овса!