возможности   женской  истории  “переписать   историю”.   Однако
отдельные  исследования  социальных процессов  или  общественных
движений  все  же  были  существенно пересмотрены  в  результате
исследований, фокусированных на женщинах. Женщины  стали  частью
социальной  истории; они рассматриваются как группы мобилизующие
ресурсы, подвергающиеся модернизации или эксплуатации, борющиеся
за  власть  либо  исключаемые из политики; другими  словами,  их
осмысливают  в  категориях  бихевиористской,  марксистской  либо
модернизационных моделей. История женщин обогащает  и  добавляет
новые  перспективы,  но все же не становится  центральной  в  во
многом успешной попытке социальной истории реконцептуализировать
историю  политическую. Это связано с тем, что вопросы гендера  –
hlokhvhrmn  присутствующие  в  исследованных  материалах  -  еще
недостаточно  выделяются с точки зрения обеспечения  качественно
иного подхода и постановки иных исследовательских задач. Половое
различие    в   рамках   социально-исторического   подхода    не
представляется  проблемой, требующей самостоятельного  изучения.
Можно   сказать,  что  если  “ее  история”  склонна  к  чересчур
сепаратистской   позиции,   то   большинству   исследований   по
социальной   истории  свойственен  интеграционизм,   описывающий
женщин  в  рамках традиционных категорий анализа. Иными словами,
подход  “ее  истории”  допускает, что половое  различие  создает
разные  опыты  женщин  и  мужчин, не  проблематизируя  при  этом
конструирование полового различия и не проявляя интереса к тому,
как работают категории гендерного различия. Напротив, социально-
исторический подход предполагает, что половое различие  является
побочным   продуктом   других  факторов.  Оба   подхода   вносят
дополнения  в  историю, но они не нашли способа  убедить  других
историков или продемонстрировать им, что эти дополнения  следует
принимать   в   расчет.  Другими  словами,   историю   они   “не
переписали”.  Данное “переписывание” представляет  собой  проект
третьей позиции в “дискуссии”, которую я сконструировала,  и  он
строится  на  том, благодаря чему вообще стал  возможным,  -  на
объединении  усилий  как “ее истории”, так и социальной  истории
женщин.
      Вышеуказанная   третья  позиция  была   артикулирована   в
рекомендациях  для  женской  истории,  сделанных  некоторыми  из
наиболее  важных представительниц этого направления  в  Америке,
однако  ее  оказалось довольно сложно реализовать  на  практике.
Начинаясь, как правило, с исследовательского фокуса на женщинах,
ее  субъектом,  тем  не менее, является гендер.  Покойная  Джоан
Келли  поставила  цель перед женской историей сделать  категорию
пола  “столь  же фундаментальной для нашего анализа  социального
порядка,  сколь  и  другие классификации – такие,  как  класс  и
раса”8. Для Натали Земон Дэвис эта цель заключается в том, чтобы
“понять  важность  взаимоотношений  полов,  гендерных  групп   в
историческом прошлом. Наша задача состоит в том, чтобы  раскрыть
иерархию  в половых ролях и половой символике в разных обществах
в  разные  периоды  времени, установить  значение,  которое  они
имели,  и  механизмы их действия для поддержания  или  изменения