к   включению  гендера  в  набор  инструментов  историка   и   к
концептуальной   перспективе,   делающей   возможным    истинное
“переписывание истории”.
    В данной работе я исследую упомянутые выше различные подходы
не  столько  с позиции их выводов, сколько с позиции  гипотез  и
методов.   Я   буду   в  основном  опираться   на   исследования
североамериканских ученых не только потому, что  я  лучше  всего
знакома  именно с этой литературой, но и в связи с тем,  что  за
последние  десять  – двенадцать лет именно в Соединенных  Штатах
написано  наибольшее  количество работ, в  которых  представлены
наиболее  разнящиеся  примеры субъектов и интерпретаций  и  дана
наиболее полная картина дискуссий по женской истории.
    Первый подход рассматривает женскую историю как “ее историю”
-  нарратив  женских опытов, происходящих либо бок о  бок,  либо
полностью   за   пределами  общепринятых  исторических   рамок7.
Исходная  посылка состоит в том, что женские опыты отличались  и
отличаются  от  мужских, и что эти различия важны при  написании
истории.  Целью  данного подхода является придание  исторической
ценности  опытам,  которые игнорировались и,  вследствие  этого,
обесценивались, а также отстаивание активного участия  женщин  в
“творении  истории”.  Исследования, которые  стремятся  раскрыть
участие  женщин  в  главных  политических  событиях  и  написать
женскую политическую историю, пытаются ввести нового субъекта  –
женщин   –   в   ранее  установленные  исторические   категории,
интерпретируя их действия понятным для политических и социальных
историков образом. Книга Стивена Хоза (Steven Hause) по  истории
суфражизма  во Франции является прекрасной иллюстрацией  данного
подхода.   Автор   интерпретирует  слабость  и   малочисленность
движения  (по  сравнению с Великобританией и США) как  результат
идеологий   и  институтов  французского  католицизма,   наследия
римского   права,   консерватизма   французского   общества    и
своеобразной  политической истории французского республиканизма,
nqnaemmn в отношении радикальной партии Третьей республики.  Хоз
также  анализирует различия среди феминисток  и  повествует  обо
всем  в  категориях идей и организаций женщин-лидеров. В  другом
примере   подобного   подхода  женское   политическое   движение
изучается с точки зрения скорее рядовых участниц, чем лидеров. В
лучших   традициях   социальной  истории  труда   (вдохновленной
работами  Э.П.  Томпсона) Джилл Лиддингтон (Jill  Liddington)  и
Джилл  Норрис  (Jill  Norris) подробно  и  ярко  излагают  факты
участия   женщин-работниц  в  движении  суфражисток  в   Англии.
Материалы  этих  авторов,  взятые в  основном  из  Манчестерских
архивов  и  устных  историй, которые они собрали,  документируют
вовлечение женщин-работниц в кампанию за предоставление женщинам
избирательного   права  (предыдущие  исторические   исследования
описывали  данный  феномен  как  движение  среднего  класса)   и
связывают требования этих женщин о предоставлении избирательного
права  с  их  работой и семейной жизнью, а также с  профсоюзными
деятелями и лейбористами. Преобладание и мудрость крыла Панхерст
в  движении  поставлены под вопрос в связи  с  его  элитизмом  и