Я послушно встал и последовал за ним. Питамакан сильно хромал, но
утверждал, что нога у него не болит. Кора трещала под нами все сильнее и
сильнее. Я понимал, что через час нельзя будет идти по снегу.

- Пока враги делают лыжи, мы должны уйти подальше, и тогда они нас не
догонят, - сказал я Питамакану.

- Их семеро, а нас двое, - возразил он. - Когда снег станет рыхлым, они
будут по очереди прокладывать тропу. Мы можем их обмануть: спустимся в
равнину, пока они карабкаются на гору по нашим следам.

Мне эта мысль не приходила в голову. Будь я здесь один, без Питамакана, я
углубился бы в горы и в конце концов был бы захвачен в плен.

Пока выдерживал нас снег, мы шли по склону горы, параллельно реке. Но
вскоре мы начали проваливаться в снег по пояс. Тогда мы сняли лыжи и
спустились к реке. На песчаном берегу снега не было. Мы то шли, то бежали,
изредка приостанавливаясь, чтобы перевести дух.

К полудню мы уже стояли на опушке леса, окаймлявшего реку, и смотрели на
равнину, откуда не так давно прогнали нас враги.

- И-кит-си-кум! Сап-ун-ис-тим! (Семь! Все здесь!) - крикнул Питамакан,
указывая на то место, где лежали ободранные туши оленей.

- Да! Да! - подхватил я.

Семь лошадей мирно щипали траву; охотников не было видно. Мы не верили
своим глазам, окидывали взглядом равнину и склон горы, но враги словно
сквозь землю провалились.

- Должно быть, все семеро пошли по нашим следам, - сказал наконец
Питамакан. - Если же они оставили караульного, то прячется он, вероятно, в
роще. Спустимся вдоль реки и зайдем в рощу с противоположной стороны.

Так мы и сделали. Сердце мое сжалось от страха, когда мы приблизились к
тому месту, где, быть может, скрывался враг. Словно тени, скользили мы
между деревьями, и даже рыжая белочка, копошившаяся на ковре из сосновых
игл, не слышала наших шагов. Здесь деревья росли редко, и мы всматривались
в просветы, не видно ли врага. Когда мы подошли к дальнему концу рощи, нас
испугал койот, выскочивший из-за деревьев. Мы думали, что замечены
караульным. Меня бросило в жар, во рту пересохло.

Не забыть мне той минуты, когда я ждал ружейного выстрела.

Но опасения наши быстро рассеялись: вместо врага мы увидели безобидного
койота. Он смело побежал вперед - в ту сторону, куда мы шли, и так как
ветер дул нам в лицо, то можно было заключить, что впереди никого нет. Если
бы скрывался там караульный, койот почуял бы его запах и свернул в