находились неподалеку от лагеря навахов,  так как вдали виден был  дым
от  костров.  Тогда  воины взялись за оружие и подошли ко мне,  ожидая
моих приказаний.  Я сказал им,  что до вечера мы останемся в  каньоне.
Потом  я отвел в сторону Начитиму,  Кутову и нашего шамана и открыл им
свои мысли. Выслушав меня, Начитима ответил:
     - Сын  мой,  если  удастся  нам заключить мир с навахами,  значит
недаром умер Одинокий Утес.
     - И те, что вместе с ним пали в бою! - подхватил Кутова.
     - Отпустите меня! Я пойду в лагерь навахов и буду говорить с ними
о мире,  - сказал я. - Если я не вернусь, наш отряд отомстит за меня и
сотрет их лагерь с лица земли.  Навахов там не  больше  сотни,  а  нас
триста человек.
     Все трое одобрили мое решение. Узнав о нем, обрадовались и воины.
     Было уже  темно,  когда  я  подошел  к  лагерю навахов и насчитал
двадцать вигвамов.  Громко крикнул я,  что я - навах и  возвращаюсь  к
моему  родному  народу.  Люди  выбежали из вигвамов посмотреть,  кто я
такой,  а впереди шел мой дядя Белый Ястреб.  Когда я назвал себя,  он
меня  обнял  и повел в свой вигвам.  За нами последовало еще несколько
человек и беседа наша продолжалась  до  поздней  ночи.  Я  должен  был
рассказать  им  о своей жизни,  о том,  как добры были тэва ко мне и к
моему брату.  Я не забыл упомянуть,  что брат мой был убит навахом, но
ни слова не сказал о том,  какое участие я принимал в последней битве.
К счастью,  в этом набеге не был повинен отряд моего дяди, и воины его
не знали меня в лицо.  Потом я предложил навахам заключить мир с тэва.
Дяде понравились мои слова,  но остальные сердито заворчали, а один из
них сказал:
     - Зачем нам заключать мир  с  тэва?  Эти  люди,  словно  муравьи,
копошатся  в  своих  пуэбло,  а  нам  весело  их  убивать и угонять их
лошадей.
     Тогда я рассердился и крикнул:
     - Плохо вам будет,  если вы не заключите мира с тэва! Знайте, что
тэва решили посылать большие отряды в страну навахов!  Рано или поздно
они перебьют всех вас,  а вы не можете с ними справиться,  потому  что
тэва  живут в укрепленных пуэбло.  Сейчас в каньоне триста воинов тэва
ждут моего возвращения.  Если я не вернусь к ним, все вы будете убиты.
Я,  военный  вождь,  привел  их сюда,  чтобы отомстить за смерть моего
брата и многих тэва,  павших в бою с навахами.  Да,  сегодня ночью  вы
были бы убиты,  если бы я не решил заключить с вами мир и объединиться
для борьбы с врагами всех индейцев, испанцами.
     Услышав, что   в   каньоне   скрывается   отряд   тэва,  женщины,
находившиеся в вигваме,  подняли крик.  Испугались  и  воины,  которые
сначала и слушать не хотели о мире.  Дядя подошел ко мне и, поглаживая
меня по плечу, сказал:
     - Племянник, я горжусь тобой. Отныне не будет вражды между нами и
твоими тэва.  Я передам твои слова другим вождям нашего племени и  они
заключат  с  вами  мир.  Ты прав:  не должны мы ссориться между собой,
когда у нас есть общий враг - белые, которые притесняют всех индейцев.
А теперь отведи меня в лагерь твоих воинов, я хочу с ними поговорить.
     Придя в лагерь,  мы  сели  у  костра,  и  мой  дядя  до  рассвета
беседовал с нашим старым шаманом. Я был их толмачом. Начитима и Кутова