- Видишь, я был прав! - воскликнул я. - Она упала впереди, а не позади нас.

- Да, я ошибся, - отозвался Питамакан. - Но знаешь, что нас спасло? Этот
лопнувший ремень! Если бы мы здесь не остановились, лавина обрушилась бы
прямо на нас.

Взвалив на спину тюки, мы стали перебираться через снежную гряду. На нашем
пути попадались каменные глыбы, льдины, деревья и кусты, унесенные лавиной.
Вдруг Питамакан наклонился, поднял что-то и протянул мне. Это была голова
горной козы, почти расплющенная снегом.

- Вот какая бы судьба постигла нас, если бы не разорвался мой ремень, -
мрачно сказал он.

- Должно быть, много коз гибнет во время снежных обвалов, - заметил я.

- Да, - подтвердил Питамакан. - Старые охотники мне говорили, что медведи,
выйдя весной из берлоги, переходят от одной снежной лавины к другой и
разгребают их, отыскивая животных, погребенных в снегу.

На рассвете мы вышли на широкую лужайку в лесу и, оглянувшись, увидели
вершину горы, высившейся против покинутой нами хижины. Трудно было на глаз
определить расстояние, но Питамакан утверждал, что за ночь нами пройдено не
меньше двадцати километров. Здесь долина была шириной в полтора километра,
а горы покрыты лесом до самых вершин. Дальше к западу они понижались, а
километрах в тридцати от нас кончалась горная цепь. Мы думали, что большое
озеро лежит неподалеку от этой цепи.

Здесь снегу было меньше, чем в верховьях реки, где мы провели зиму, и
воздух согревался быстрее. Надев лыжи, так как снежная кора уже не
выдерживала нашей тяжести, мы продолжали путь. Часа через два мы увидали
лосей, а затем белохвостых оленей. Их было здесь очень много - не меньше,
чем кроликов в прериях.

Солнце пригревало нас, снег стал зернистым, и мы наконец вынуждены были
сделать привал. Мы расположились на песчаной отмели, разложили костер и
поджарили сушеного мяса. Поев, мы растянулись на песке и спали до вечера.

Как только снег покрылся твердой корой, мы тронулись в путь, шли всю ночь,
а на рассвете вступили в страну, где уже стаяли снега, зеленела трава, пели
птицы. Питамакан стал передразнивать полевого жаворонка, заливавшегося
где-то поблизости.

Мы стояли на опушке леса и смотрели на зеленую равнину, отлого спускавшуюся
к западу, на рощи тополей и сосен. Я думал, что большое озеро лежит на
западе, но, по словам Питамакана, оно находилось к юго-востоку, на
расстоянии, двух дней пути. Вдруг товарищ мой упал на колени и с
лихорадочной поспешностью стал выкапывать какое-то растение с зелеными
листьями.