Одного из них я узнал.  Это был Белый Ястреб,  брат нашей матери,  наш
дядя.  Я размахивал ружьем,  чтобы привлечь его внимание,  я побежал к
нему умоляя оставить нас в покое,  но он меня не видел,  а если видел,
то не узнал...
     - Вот!  Слышите!  Он сам говорит,  что не стал  стрелять!  Вождь,
разреши нам убить Уампуса и его изменника брата! - крикнул Огота.
     - Да! Убьем навахов! Мы приютили изменников! - раздались возгласы
в толпе.
     И я увидел,  что многие из тех,  кого я считал  своими  друзьями,
смотрят на меня злобно.
     - Нет! Раньше вам придется убить меня! - крикнул Начитима.
     - И меня! И меня! - подхватили Кутова и Потоша.
     Келемана, Чоромана  и  другие  женщины  бросились  к  нам.  Тогда
заговорил старый летний кацик.
     - Замолчите!  - приказал он.  - Всем вам известно, что только мы,
члены  Патуабу  должны  решать,  как  следует  поступить с этими двумя
юношами.  Через пять дней мы соберемся  в  южной  киве,  обсудим  этот
вопрос и вынесем решение.
     Никто не  посмел  возражать  кацику.  Люди  разбрелись  по  полю,
отыскивая  убитых и раненых.  Убитых было пятеро:  два мальчика и трое
мужчин;  раненых двое: мальчик и воин. Родственники оплакивали убитых,
а  мы  не  могли их утешить.  В тот день никто не работал в полях.  Мы
вернулись домой вместе с Начитимой,  Келеманой,  Кутовой и его семьей.
Женщины  приготовили  для  нас  сытный  обед,  но мы с братом были так
огорчены  враждебным  отношением  тэва,  что  ничего  не  могли  есть.
Спустившись  на  площадь,  мы  заметили,  что  многие мужчины и юноши,
всегда относившиеся к нам дружелюбно, сейчас нас избегают.
     Грустные, побрели мы домой.  У подножия лестницы нас ждал один из
наших друзей.  Сначала он осмотрелся по сторонам, словно боясь, как бы
кто  не увидел,  что он разговаривает с нами.  Но на площади никого не
было. Тогда он прошептал.
     - Огота и его друзья обходят одного за другим всех членов Патуабу
и стараются восстановить их против вас.  Они настаивают на том,  чтобы
вас убить.  Через пять дней члены Патуабу соберутся в киве.  Сейчас за
вами следят.  Сегодня ночью вы можете уйти из Покводжа и  вернуться  к
родному племени. Я хотел вас предупредить, потому что люблю вас обоих.
     - Дорогой друг, ничего плохого мы не сделали и не хотим бежать из
Покводжа,  - ответил я. - Если Патуабу решит, что мы должны умереть...
ну, что ж, тогда мы умрем!
     - Да,  мы  не  хотим жить,  если Патуабу будет так несправедлив к
нам! - воскликнул брат.
     Наш друг молча ушел, а мы вернулись домой.
     Так как навахи угнали почти всех наших лошадей,  то  мы  считали,
что теперь можно не опасаться новых набегов.  Но Огоуоза не был в этом
уверен и вечером назначил караульных на следующий день.
     Рано утром  Начитима,  Одинокий  Утес и я вышли на работу в поле.
Прикрывая влажной землей маленькие твердые зернышки маиса,  я думал  о
том,  суждено ли мне увидеть первые зеленые ростки.  Вечером, когда мы
вернулись домой, нас встретили Келемана и Чоромана; у обеих глаза были
заплаканы.  Молча поставили они перед нами миски с похлебкой. Начитима