там дочка.  Они ничего не знают. И если он сейчас вместо дома пойдет в
институт,  то ведь они все равно узнают!..  Так как же быть?..  Что же
делать?..
 Он поднял   голову   и   огляделся.  Сознание  смутно  восприняло
окружающее,  и то  всего  на  какой-то  миг.  Потом  все  снова  стало
нереальным, страшным, завертелось вокруг одного и того же: как быть?..
 Яркин уже взялся  было  за  ручку  парадной  двери,  когда  перед
подъездом остановился автомобиль.  Выскочивший из него человек подошел
и сказал негромко:
 - Просим вас последовать за нами... Только не надо шума... Это не
поможет.
 Яркин посмотрел в глаза человеку.  Взгляд их был таким холодным и
пристальным,  что Яркин не выдержал и  опустил  ресницы.  Несмотря  на
непокрытую   голову,  ему  стало  жарко.  Так  жарко,  что  захотелось
распахнуть пальто.  Но так же мгновенно вдруг показалось, что все тело
леденеет.  Ноги стали ватными, и руки повисли безвольно, как плети. Он
хотел сказать,  что нужно подняться наверх, в квартиру, взять кое-что,
но  язык  перестал его слушаться.  От этого стало еще страшней.  Ноги,
руки, язык - все теперь ушло из-под его воли. А человек взял Яркина за
локоть  и  подвел  к  машине.  Он оказался между двумя незнакомыми ему
людьми.  Машина тронулась.  Яркину не пришло в голову проследить, куда
они едут,  да и не было нужно:  он хорошо понимал,  что случилось, кто
эти люди и куда они его везут.  Это был тот самый  конец,  который  за
него  решал все,  что будет дальше.  Теперь уже ему не придется ломать
себе  голову  над  будущим:  как  быть,  какие  усилия  нужны,   чтобы
отказаться  от  продолжения  пути,  на  который  он  скатился,  и  как
вернуться к прежней жизни? Все решалось само собой. Это был итог.
 В первый  момент  Яркину стало так страшно,  что он почти потерял
сознание.  Но такое состояние было недолгим.  Один  из  его  спутников
опустил стекло,  и от пахнувшего в лицо морозного воздуха Яркин пришел
в себя. Невидящими глазами он посмотрел на своих спутников. Они сидели
молча и безразлично.  И мало-помалу страх прошел. Напротив того, Яркин
начинал  чувствовать,  как  приятное  успокоение  охватывает  все  его
существо,  проникает в сознание, в каждую клетку тела. Ему стало почти
хорошо,  захотелось спать.  И если бы не дувший в лицо холодный ветер,
он, вероятно, заснул бы.
 Один из спутников поднял стекло,  отделявшее пассажирскую  кабину
от  кабины шофера,  второй поднял боковое стекло.  Стало тепло и даже,
пожалуй, уютно. Яркину захотелось ехать как можно дольше, ехать и ни о
чем  не думать.  Он поглубже уселся на диване.  Он был доволен,  что в
машине так тесно.  От этого становилось еще теплей.  Он в  первый  раз
поглядел в окно.  За стеклом мелькали редкие строения: они были уже за
городом. Яркин не удивился - ему было все равно.
 Так проехали  еще  некоторое время.  Потом машина замедлила ход и
остановилась.  Вокруг было пусто.  Редкие  деревья  стояли  у  обочины
шоссе. За ними смутно проглядывались сугробы снега. Отворили дверцу, и
один из спутников сошел. Другой слегка подтолкнул Яркина.
 - Выходите, - сказал он.
 Яркин испуганно поглядел на него и поспешно  отодвинулся,  но  не
вышел.  Ему стало страшно.  В один миг в памяти промелькнуло все,  что