- Я бы не впутывала тетушку Дэ в это дело, - заметила Го Лин. - А
то она может в запальчивости сболтнуть  что-нибудь  раньше  времени  в
присутствии Ма.
 - Ма не должна ничего почуять даже кончиком носа,  - сказала  Тан
Кэ,  искоса глядя на У Вэя,  прикусившего губу, чтобы удержать едва не
сорвавшееся возражение.
 - Тсс... - Го Лин приложила палец к губам. - Кто-то идет.
 Девушки поспешно скрылись  в  кустах.  У  Вэй  принялся  набивать
трубку.  За  этим  занятием  его и застала осторожно выглянувшая из-за
поворота Ма.
 Оглядевшись, она   подошла  к  У  Вэю.  Крылья  ее  тонкого  носа
раздувались,  втягивая воздух, словно она по запаху хотела узнать, кто
тут был. Она опустилась на камень рядом с У Вэем и долго молча сидела,
разминая вырванную из земли травинку. Он тоже молчал, делая вид, будто
увлечен  наблюдением за тем,  как взвивается над трубкой струйка дыма.
Каждый ждал, пока заговорит, другой. Первая нарушила молчание Ма:
 - Есть что-нибудь новое?
 - Уполномоченный партизанского штаба  должен  был  спуститься  на
парашюте.
 - К нам?
 - Да.  Его  пароль:  "Кажется,  жизнь  здесь не так уж плоха.  Не
правда ли?"
 Снова воцарилось   молчание.   Ма   нервно  скомкала  травинку  и
отбросила прочь.
 - Зачем  этот  человек  послан сюда?  Разве нельзя справиться без
новых людей?.. Или, может быть, и в штабе уже считают меня ненадежной?
 У Вэй сделал последнюю затяжку и выколотил трубку.
 - Тебя?..  Ты  при  всех  обстоятельствах  должна  оставаться   в
стороне.  Работы здесь хватит на всех. Ты же понимаешь, что, даже уйдя
отсюда,  враги, конечно, оставят тайную агентуру. Нужно сохранить твою
репутацию в их глазах.
 - Я больше не моту! Позволь мне открыться девушкам.
 - Нет,  нет!  Это  слишком опасно.  Мало ли что может случиться с
ними...  Чем меньше знает человек,  тем ему самому легче. Ты не можешь
возложить  такое  бремя  на  плечи  девушек,  каждая  из которых может
очутиться в руках полиции, как уже очутилась Цзинь Го. Зачем им знать?
 Ма задумалась и медленно едва слышным голосом проговорила:
 - Если бы ты знал, как это трудно! - Она грустно опустила голову.
 - Знаю, но уверен в тебе и спокоен за тебя.
 - А я боюсь за тебя больше,  чем если бы ты  был  там,  с  твоими
товарищами, в открытом бою.
 - Меня тут никто не знает.  Никто  не  может  донести,  что  я  -
командир,  ты,  Го Лин и Тан Кэ - студентки,  мать - учительница.  Для
окружающих мы те, за кого себя выдаем...
 - Когда прибудет этот товарищ из штаба? - перебила Ма.
 - Мне кажется, сегодня.
 - Сегодня?!
 Он ласково сжал ее пальцы:
 - Крепись!  Чем тяжелей тебе сейчас, тем выше ты поднимешь голову
потом...