Паршин размялся,  поплевал на руки и  взялся  за  дело.  Если  бы
кто-нибудь присутствовал при этом, то, наверное, прозакладывал бы все,
что есть за душой,  что одному человеку эдакий шкафище и  с  места  не
стронуть. Но он проиграл бы: через четверть часа между шкафом и стеной
уже было достаточно места, чтобы работать.
 Только медвежья сила Паршина могла выдержать работу,  которую ему
пришлось проделать.  К двум часам ночи первое отверстие  было  готово.
Паршин  передохнул.  Металл  даже  на  стенке шкафа оказался чертовски
прочным - это была настоящая сталь,  а не мягкое железо, как на старых
шкафах.
 Паршин утер катившийся с лица пот и присел закусить.  Второй ужин
со второй полубутылкой смирновки был закончен в десять минут. С новыми
силами он принялся за расширение отверстия до  таких  размеров,  чтобы
пропустить руку.
 К пяти часам утра это было сделано, но и времени оставалось мало.
Наверно,  сообщники  уже разбирают лестницы у центральных бань.  Скоро
они явятся для "протирки окон".  Нужно спешить,  если Паршин не хочет,
чтобы его застали являющиеся с петухами правленские курьеры.
 Через полчаса деньги были  изъяты  из  сейфа  и  выкинуты  сквозь
отверстие  в  стене  в соседнюю комнату.  Потом Паршин сорвал с окошка
штору,  намочил ее водой из директорского графина  и  тщательно  вымыл
пол,  стенки шкафа, столы, стулья, стену за шкафом - решительно все, к
чему только мог прикоснуться во время работы.  Нигде  не  должно  было
остаться следа его пальцев.
 Предвидя, что он не может  захватить  инструмент,  Паршин  и  его
тщательно  обтер  и  засунул  подальше  под шкаф,  придвинутый снова к
стене.  В  последний  раз  оглядев  комнату,  он  прошел   обратно   в
счетоводство  и  принялся раскладывать деньги по карманам.  Вскоре все
было набито кредитками -  и  карманы  брюк,  и  подкладка  пиджака,  и
пальто...  Девать их было решительно некуда. Тогда он связал остатки в
штору. Поглядел на улицу. "Протирщиков" еще не было видно. Он сверился
с часами,  и легкий озноб пробежал у него по спине: времени оставалось
меньше малого.  Кто-то  снаружи  потрогал  ручку  двери  счетоводства.
Убедившись в том,  что дверь,  которая обычно не запиралась,  заперта,
человек подергал ее,  постоял и отошел к соседней двери кассы. Постоял
там,  прислушался,  несколько раз дернул и ее,  словно проверяя.  Шаги
удалились.  Паршин  понял:  нужно  уходить.  Либо  начали   собираться
курьеры, либо какой-нибудь его нечаянный шум привлек внимание сторожа.
А Грабовского с лестницей все не было. Паршин решил, что нельзя ждать,
пока поднимется тревога и его найдут в комнате. Не попробовать ли уйти
тем же путем,  каким он пришел, - через кабинет директора? Это значит,
что прежде всего нужно прошмыгнуть туда,  а Паршин не был уверен,  что
это ему удастся.  Нужно было отпереть отмычкой дверь.  Он  сунул  было
руку в карман,  но там лежали только деньги и никакой отмычки не было.
Паршин вспомнил,  что  вместе  с  инструментами  закинул  отмычку  под
несгораемый шкаф. Чтобы достать ее, нужно было выкинуть из кармана все
деньги,  так как толстые бока не дадут пролезть в  прорезь  переборки.
После этого пришлось бы доставать из-под шкафа инструмент,  отыскать в
нем отмычку.  Потом снова пролезть  в  эту  комнату,  снова  тщательно
уложить  деньги в карманы и под подкладку и идти по коридору с большим