Паршин размялся, поплевал на руки и взялся за дело. Если бы
кто-нибудь присутствовал при этом, то, наверное, прозакладывал бы все,
что есть за душой, что одному человеку эдакий шкафище и с места не
стронуть. Но он проиграл бы: через четверть часа между шкафом и стеной
уже было достаточно места, чтобы работать.
Только медвежья сила Паршина могла выдержать работу, которую ему
пришлось проделать. К двум часам ночи первое отверстие было готово.
Паршин передохнул. Металл даже на стенке шкафа оказался чертовски
прочным - это была настоящая сталь, а не мягкое железо, как на старых
шкафах.
Паршин утер катившийся с лица пот и присел закусить. Второй ужин
со второй полубутылкой смирновки был закончен в десять минут. С новыми
силами он принялся за расширение отверстия до таких размеров, чтобы
пропустить руку.
К пяти часам утра это было сделано, но и времени оставалось мало.
Наверно, сообщники уже разбирают лестницы у центральных бань. Скоро
они явятся для "протирки окон". Нужно спешить, если Паршин не хочет,
чтобы его застали являющиеся с петухами правленские курьеры.
Через полчаса деньги были изъяты из сейфа и выкинуты сквозь
отверстие в стене в соседнюю комнату. Потом Паршин сорвал с окошка
штору, намочил ее водой из директорского графина и тщательно вымыл
пол, стенки шкафа, столы, стулья, стену за шкафом - решительно все, к
чему только мог прикоснуться во время работы. Нигде не должно было
остаться следа его пальцев.
Предвидя, что он не может захватить инструмент, Паршин и его
тщательно обтер и засунул подальше под шкаф, придвинутый снова к
стене. В последний раз оглядев комнату, он прошел обратно в
счетоводство и принялся раскладывать деньги по карманам. Вскоре все
было набито кредитками - и карманы брюк, и подкладка пиджака, и
пальто... Девать их было решительно некуда. Тогда он связал остатки в
штору. Поглядел на улицу. "Протирщиков" еще не было видно. Он сверился
с часами, и легкий озноб пробежал у него по спине: времени оставалось
меньше малого. Кто-то снаружи потрогал ручку двери счетоводства.
Убедившись в том, что дверь, которая обычно не запиралась, заперта,
человек подергал ее, постоял и отошел к соседней двери кассы. Постоял
там, прислушался, несколько раз дернул и ее, словно проверяя. Шаги
удалились. Паршин понял: нужно уходить. Либо начали собираться
курьеры, либо какой-нибудь его нечаянный шум привлек внимание сторожа.
А Грабовского с лестницей все не было. Паршин решил, что нельзя ждать,
пока поднимется тревога и его найдут в комнате. Не попробовать ли уйти
тем же путем, каким он пришел, - через кабинет директора? Это значит,
что прежде всего нужно прошмыгнуть туда, а Паршин не был уверен, что
это ему удастся. Нужно было отпереть отмычкой дверь. Он сунул было
руку в карман, но там лежали только деньги и никакой отмычки не было.
Паршин вспомнил, что вместе с инструментами закинул отмычку под
несгораемый шкаф. Чтобы достать ее, нужно было выкинуть из кармана все
деньги, так как толстые бока не дадут пролезть в прорезь переборки.
После этого пришлось бы доставать из-под шкафа инструмент, отыскать в
нем отмычку. Потом снова пролезть в эту комнату, снова тщательно
уложить деньги в карманы и под подкладку и идти по коридору с большим