он приписывал решающую роль в основании и развитии современного государства,
которое покоится на их успехах.
   Хотя в то время не было  специальных  исследований,  Зомбарт  решился  на
довольно смелые утверждения:
   "Евреи XVI, XVII и XVIII  веков  были  самыми  влиятельными  поставщиками
войск и способными кредиторами князей, и считаю необходимым придавать  этому
обстоятельству  первостепенное  значение   для   всего   процесса   развития
современного государства". И далее: "Достоверно известно, что в XVII и XVIII
веках не было ни одного немецкого государства, которое не имело бы при  себе
одного или  нескольких  придворных  евреев.  От  их  поддержки  существенным
образом зависели финансовые возможности страны".
   Подобные  утверждения  Зомбарта  наталкивались   на   резкие   возражения
историков, упрекавших его по праву в том, что он не мог  назвать  ни  одного
оригинального источника, подтверждавшего эти тезисы. Феликс Рахфаль и Герман
Ветьен называли и свои области исследования - Нидерланды  и  колонии,  чтобы
показать,  насколько  односторонними  и   неудачными   были   доказательства
Зомбарта.  Разногласия  между  ними   имеют   место   и   сегодня,   о   чем
свидетельствует дискуссия о значении трудов  Зомбарта  в  США.  Несмотря  на
вышесказанное, наука все же не занималась изучением деятельности  придворных
евреев.  Это  не  относилось  к  общим  высказываниям  придворных  еврейских
писателей об истории израильтян. Они не основывались на архивных источниках.
Это были в основном переводы мемуаров и некрологов из еврейских общин.  Лишь
после первой мировой войны ученики Якоба Стридера, Сельма Штерн и автор этих
строк приступили к  изучению  деятельности  придворных  факторов  на  основе
архивных документов.
   Современное  абсолютистское  княжеское  государство,  образовавшееся   на
исходе средневековья и пережившее свой полный расцвет в XVI,  XVII  и  XVIII
столетиях,  совпадает  с  эпохой   раннего   капитализма.   Одновременно   с
государством развивается и экономика. Абсолютистское  княжеское  государство
создает  для  себя  удивительно  рационально  продуманную  систему   средств
господства, к которым относится и институт придворных факторов,  оказывающих
своему господину помощь в  создании,  развитии  и  сохранении  всех  средств
власти. Если в XVI веке на должности придворного фактора  были  христианские
кредиторы, то в XVII и XVIII веках, от Тридцатилетней войны до  эмансипации,
придворными факторами стали евреи-финансисты,  которые  относились  к  штабу
придворных. Их и называли "придворными факторами",  или  просто  евреями.  В
XVII и XVIII веках "придворный фактор" и "придворный еврей", обозначало одно
и то же. Следует  заметить,  что  в  обиходе  слово  "придворный  еврей"  не
считалось   унизительным.   Известные   евреи-финансисты,   как,   например,
Оппенгеймер и Вертгеймер из Вены, даже с гордостью  называли  себя  "евреями
императорского двора".
   Эти придворные факторы из евреев  в  эпоху  княжеского  абсолютизма  были
представителями финансовых магнатов. А сама эпоха была классическим периодом
придворных факторов, тогда как  Германия  с  большим  количеством  княжеских
дворов была классической страной в Европе, где придворными кредиторами  были
евреи. Ни в каком  другом  государстве  не  было  такой  многообразной  сети
института придворных факторов, как в Германии. Деятельность этих  придворных
финансистов  всегда  была  направлена  на  процветание   княжеского   двора,
придворной знати,  государства  и  влиятельных  государственных  чиновников.
Взаимосвязь  между   двором,   государством   и   факторами   покоилась   на