загрузка...

Новая Электронная библиотека - newlibrary.ru

Всего: 19850 файлов, 8117 авторов.








Все книги на данном сайте, являются собственностью уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая книгу, Вы обязуетесь в течении суток ее удалить.

Поиск:
БИБЛИОТЕКА / ЛИТЕРАТУРА / ИСТОРИЧЕСКИЕ ПРОИЗВЕДЕНИЯ /
Шишков Вячеслав / Странники

Скачать книгу
Вся книга на одной странице (значительно увеличивает продолжительность загрузки)
Всего страниц: 113
Размер файла: 466 Кб
« 1   2   3  4   5   6   7   8   9   10   11   12   13  » »»


     - Не бойся, - успокоил Амелька, - сапоги не пропадут. У нас в чихаузе, как в ломбарде, крепко. Нельзя ж в таких сапогах, в такой новой рубахе на базар по фене ходить. Пока босиком, а похолоднее будет - опорки получишь. Рожу никогда не мой, башку не чеши. Это буржуи выдумали промываться. Вода человеку для питья дана.
     Филька, разутый и голый, сидел в углу на сене. Карась бросил ему мерзлое отрепье, а сапоги с рубахой забрал. Филька стал одеваться. Это уже не нравилось ему - попахивало насильем. Руки его дрожали, свербило в носу, хотелось кричать от досады и плакать.
     Амелька покровительственно похлопал его по плечу, сказал:
     - Вот видишь, какой фартовый стал. Одежина теплая. Прямо барин довоенного образца. Вообще у нас роскошно, всероссийский масштаб. Заполнял анкет? Карась, тащи!
     Карась принес огрызок карандаша и печатный, захватанный грязными руками анкетный лист какого-то учреждения.
     - Заполняй! - приказал Амелька новичку.
     Амелька с мальчишками подшучивали над простоватым Филькой, разыгрывали комедию, но Филька относился ко всему совершенно серьезно: что ж, под баржей, в хазе, свой устав, - и тщательно отвечал на анкетные вопросы. Дважды ломался карандаш. Филька то и дело спрашивал Амельку.
     - А тут как писать?
     Амелька давал советы.
     Над вопросом "Ваша основная специальность" Филька призадумался и хотел написать: "Бывший поводырь слепого гражданина Нефеда", но Амелька подсказал:
     - Пиши: "Вор".
     - Я воровством не занимаюсь, - с волнующей дрожью ответил Филька.
     - Тогда пиши: "Будущий вор", - подал совет Амелька, улыбаясь на Фильку уголками глаз.
     Отчетливо раздались семь неторопливых ударов в железный лист.
     - Семь часов... Сейчас будем чай пить с балой.
     Филька рассмотрел: над печкой висели на веревке дешевенькие часы-будильник, а время отбивала в железный лист косматая девчонка, похожая на цыганку.
     - Это - Надька Хлебопек, - сказал Амелька. - Недавно с хлебной баржи мы пять кулей муки сбондили. Баржа на якоре стояла. Рабочие загуляли, пьяные, ну, мы на двух больших лодках ночью... Теперь свой хлеб. По-нашему хлеб значит "бала". Дело было трудное. Зато - кто работает, тот и ест.
     Меж тем Пашка Верблюд притащил большой жестяной чайник с кипятком. Амелька развернул только что украденные у дамы тюрючки. В одном - мятные пряники, в другом - чернослив, в третьем - чай и сахар, в четвертом - макароны, в пятом - конь, кукла и резиновая соска со стеклянной бутылочкой.
     - Ага, дело, - сказал Амелька и радостно улыбнулся. - Это Майскому Цветку.
     - А кто такой Майский Цветок? - спросил Филька.
     - А вот увидишь. Карась, дели добычу!
     Под баржей стояли неимоверный гвалт и перебранка. Все говорили повышенными, крикливыми голосами, все отборно ругались, даже малыши. Было похоже, что пестрое стадо грачей, журавлей, гусей и чаек горланит на отлете. В полумраке сновали взад-вперед серые тени. Возле приподнятого борта баржи горел на воле костер, ветер загонял дым под баржу. Кой-где, в отдельных группах, разместившихся на чаепитие, поблескивали светлячками огарки: по продольной оси баржи была натянута в вышине проволока, на ней укреплены зажженные свечи - штук пять-шесть. Фильку это забавляло. Он чавкал хлеб, с наслаждением запивая чаем.
     - Свечи наши шпана ворует или покупает по очереди. Следит дежурный. А курево, шамовка, то есть жратва, и водка у нас общие. Обутки тоже общие. Да вот поживешь - узнаешь, - посвящал Амелька Фильку в неписанные законы уличной шпаны.
     Степка Стукни-в-лоб глотал жижу из грязного черепка, многим чашками служили консервные коробки.
     В дальнем углу горел небольшой грудок-теплина: там было весело: играли на паршивой сиплой гармошке, подтягивали на берестяном пастушеском рожке, плясали. И плясали залихватски, с гиканьем, в присядку. Филька видел, как отрепья плясунов развевались в наполненном гвалтом воздухе. Его потянуло туда.
     - Соси еще, бурдомаги много, - сказал Пашка Верблюд. - Локай вдосыт.
     - Может, щиколаду хочешь али кофею?
     - Хочу, - заулыбался Филька.
     - Ну, ежели хочешь, дак у нас ни кофею, ни щиколаду нету... А вот что есть. - И Пашка плеснул в самый нос Фильки опивками чая.
     Филька отерся рукавом своего отрепья и умоляюще посмотрел на Амельку, как бы ища защиты.
     - Пойдем к Майскому Цветку, - пригласил он Фильку, а на Пашку Верблюда полушутливо закричал: - Ежели еще дозволишь вне программы, я те паюсной икрой весь зад вымажу! Да, да. И лизать заставлю... Филька, айда! Топай за мной.
     Пробирались между кучками оборванцев. В трех кучках резались в грязнейшие, обмызганные карты. За печкой внутри баржи был натянут в виде палатки большой брезент, украденный с хлебного штабеля. Амелька с Филькой вошли в палатку.
     - Здравствуй, Майский Цветок, - проговорил Амелька.
     - Здравствуй.
     При свете стоявшего на ящике застекленного фонарика Филька разглядел: дощатые нары, на нарах - прикрытая ветошью солома, на соломе - маленькая женщина; она кормила грудью ребенка.
     - Вот тебе, Майский Цветок, сиська резиновая для парнишки, вот сливы, вот пряники. А это вот конь ему.
     - Спасибо, - ответила женщина. - Спасибо. Вон, на ящике, видишь; мне много натащили всего. Вон вино красное. Да я не пью. Пейте.
     Амелька спросил женщину:
     - А где твоя шуба? - Покажи новенькому свою лисью шубу.
     - А нешто не видишь? Вон висит. Амелька, конечно, видел. Он снял шубу и подал ее Фильке.
     - Подивись. Краденая, конешно. По-нашему - темная.
     Филька пощупал потертую одежину, сказал:
     - Бархат, надо быть. Вот так шуба! Амелька самодовольно засопел, повесил шубу и с хвастливостью добавил:
     - У нас все роскошно. Не иначе.
     Филькины глаза привыкли к полумраку. Он внимательно рассмотрел женщину. Она лежала в синеньком ситцевом платье, в лакированных, больших, не по ноге, башмаках и с браслеткой на худой, как палочка, руке. Она показалась Фильке подростком, с желтым худощавым лицом, - правда, приятным и ласковым. Хороши задумчивые темные глаза ее: в них была и непонятная скорбь, и что-то детское, обиженное, такое знакомое Фильке. Она глядела новичку в лицо, пыталась приветствовать его улыбкой и не умела этого сделать.
     - Который же год тебе? - несмело спросил он. Она молчала. За нее ответил Амелька:
     - Ей скоро четырнадцать. А вот могла все-таки раздвоиться, дитю родить. Три недели тому назад.
     - А где же муж-то твой?
     Девчонка язвительно ухмыльнулась, закинула за голову руки и, как-то жеманно изогнувшись вся, отвернулась к стене.
     - Надо полагать, мужьев у нее достаточно. Ежели она пожелает, то можешь и ты. Очень просто. Твоей марухой будет.
« 1   2   3  4   5   6   7   8   9   10   11   12   13  » »»

Новая электронная библиотека newlibrary.ru info[dog]newlibrary.ru