вслух: ?Хочешь ли ты пойти со мной? Хочешь ли пережить  все  это  вместе  со
мной??
   "Я ничего от тебя не скрываю - ни своего невежества, ни своего страха, ни
ужаса при мысли о том, что я могу потерпеть неудачу, если попытаюсь  сделать
это. Я даже  не  знаю,  обладаю  ли  такой  силой,  могу  ли  совершать  это
неоднократно и какова будет цена содеянного. Но ради тебя я готов  пойти  на
риск, и тогда мы вместе посмотрим, что из этого получится, в чем заключается
страшная тайна,  точно  так  же,  как  прежде  мне  приходилось  в  одиночку
постигать все остальное?.
   Всем своим существом она ответила мне: ?Да!?
   - Да! - воскликнула она громко и пронзительно, словно находясь в каком-то
опьянении. Глаза ее были закрыты, черты  лица  напряглись,  и  она  замотала
головой из стороны в сторону. - Да!!!
   Склонившись, я поцелуем стер с ее губ кровь.  Во  мне  все  натянулось  и
зазвенело от жажды и желания, которые я испытывал  по  отношению  к  ней.  Я
старался думать о ней не иначе как о самом обычном плотском  существе.  Руки
мои скользнули вниз и обхватили ее хрупкое тело. Я стал  медленно  поднимать
ее с пола, все выше и выше, пока наконец не очутился с ней  на  руках  возле
окна. Ее прекрасные волосы густой волной свесились вниз, а  на  губах  вновь
появилась хлынувшая из легких кровь. Но теперь это  уже  не  имело  никакого
значения.
   Нас охватили воспоминания о  том  времени,  что  мы  прожили  рядом;  они
опутали нас паутиной и напрочь отгородили от остального  мира  -  песенки  и
стихи моего детства; ощущение ее присутствия в ту пору, когда  еще  не  было
слов, а были лишь отблески света на  потолке  над  ее  кроватью;  ее  запах,
окружавший меня  со  всех  сторон;  голос,  утешающий  меня  и  заставляющий
перестать плакать. А потом ненависть к ней и одновременно отчаянная нужда  в
ее присутствии, и чувство утраты, когда ее  отделяли  от  меня  бесчисленные
запертые  двери,  и  жестокие  ответы,  и  страх  перед  ней,  сложность  ее
характера, ее безразличие и удивительно сильная воля...
   В  этот  поток   воспоминаний   неожиданно   ворвалась   жажда,   но   не
всепоглощающая, а заставляющая ощутить жар каждой частички ее тела, - и  вот
мать для меня превратилась уже в плоть и кровь, стала одновременно и матерью
и любовницей. Мне казалось, что все, чего я желал когда-либо, это  ее  тело,
которое я сжимал в своих объятиях и к которому приник сейчас губами.  Вонзив
в нее зубы, я почувствовал, как  она  вскрикнула  и  напряглась,  но  я  уже
впитывал в себя хлынувший поток крови.
   Ее душа и сердце раскололись, и  время  перестало  существовать.  В  моем
затуманенном мозгу вспыхивали  молнии.  Она  перестала  быть  моей  матерью,
исчезли мелкие и ничтожные страхи и желания.  Теперь  она  была  лишь  самой
собой. И имя ее было Габриэль.
   Вся ее жизнь встала на защиту -  проведенные  в  сырых  и  пустых  покоях
замка, потраченные впустую бесконечные годы страданий и одиночества,  книги,
ставшие для нее единственным утешением, дети,  которые  отняли  лучшие  годы
жизни, а потом покинули ее, и наконец, последние враги  -  болезнь  и  боль,
притворявшиеся друзьями, потому что обещали  освободить,  избавить  от  этой
жизни. Я слышал глухие отголоски бушующей в ней страсти, кажущегося  безумия
и решительный отказ предаваться отчаянию.
   Я продолжал обнимать ее, держа на руках, подложив  руку  под  отяжелевшую
голову и сомкнув пальцы за тоненькой спиной. Пульсирующая в такт  биению  ее