одному! "Победить! Победить во что бы то ни стало!"
   Трибуны гремели,  не затихая ни на секунду. Зрители хлопали Кочетову,
одобряя необыкновенный жизненный подвиг пловца,  и стоявшему рядом - его
испытанному другу Виктору Важдаеву.
   Виктор и  Леонид снова  встретились в  1944  году.  Это  были  первые
состязания,  в  которых после ранения участвовал Кочетов.  Важдаев тогда
обогнал друга на  целых три секунды.  Но  уже через два месяца они вновь
взяли старт и пришли к финишу голова в голову.  А еще через месяц Леонид
снова, как встарь, опередил Виктора. ..
   Кочетов в  конце войны перебрался в  Москву.  Вместе с ним переехал в
Москву и Галузин.  Старые друзья не хотели расставаться.  Иван Сергеевич
стал   работать  в   московском  институте  физкультуры  и   по-прежнему
тренировал Кочетова, который преподавал в том же институте.
   ...Когда  Леонид  по  телефону строго секретно сообщил Важдаеву,  что
хочет  поставить новый  мировой  рекорд  в  стометровке,  тот  сразу  же
примчался.  Вдвоем  они  до  поздней ночи  сидели  в  маленькой комнатке
Кочетова.  Друзья  составляли графики заплыва,  старались учесть  каждую
мелочь,  предвидеть все возможные случайности. И хотя будущий заплыв был
уже сотни раз продуман Кочетовым с  Галузиным,  -  Виктор не успокоился,
пока сам не проверил все.
   Со  стороны этот  план казался просто мальчишеской дерзостью.  График
заплыва был  составлен так,  чтобы  перекрыть мировой рекорд  американца
Кеттли не на 0,1,  не на 0,2 и даже не на 0,5 секунды. Нет, Леонид решил
обогнать американца на такой короткой дистанции сразу на 3 секунды!
   Много раз  потом можно было  встретить в  бассейне Сталинского района
Москвы эту троицу: Кочетова, Галузина и Важдаева. Часто с ними приходила
в  бассейн и  Аня.  Вместе  они  отшлифовывали каждое  движение Леонида,
придирались к  малейшей  неточности пловца.  Десятки  раз  проводили они
пробные заплывы.  Виктор,  превратившись на время из пловца в тренера, и
притом очень  сурового и  требовательного тренера,  давал деловые советы
другу.
   За  три дня до выступления Кочетов прекратил тренировки.  Теперь надо
хорошенько отдохнуть.  Он  был  уверен  в  своих  силах,  и  только одно
обстоятельство  тревожило  его.   Леонид   привык   ставить   рекорды  в
напряженной борьбе с реальными,  сильными противниками. Они плыли рядом,
на соседних дорожках и  так же,  как и он,  изо всех сил стремились быть
первыми.
   А  теперь  он  поплывет  один.  Единственным  его  противником  будет
маленькая резвая  стрелка секундомера,  неумолимо отсчитывающая секунды.
Хорошо,  если бы  рядом,  на соседней дорожке плыл Кеттли!  Тогда Леонид
наверняка опередил бы его!
   Но мистер Кеттли в час заплыва, вероятно, будет спокойно спать у себя
в коттедже в жаркой Калифорнии. Ведь у американцев все наоборот: когда у
нас день, у них - ночь.
   "Как неудачно все сложилось!" -  думал Кочетов,  безостановочно меряя
шагами свою маленькую комнату.
   Видно, придется плыть одному. Вано Циклаури, который должен был плыть
вместе с ним и упорно в течение полугода готовился к этому заплыву,  как
назло, вдруг за четыре дня до выступления заболел.
   Вано был достойным противником,  с ним пришлось бы напрячь все силы и