громкоговорителем - послушать "Последние известия". И вдруг после боевых
эпизодов и хроники международной жизни диктор объявил:
   "Первенство СССР по плаванию".
   Малорадостны были  результаты  первенства.  Никто  из  участников  не
показал "хороших секунд". И все-таки взволнованно и радостно слушали это
короткое сообщение Галузин и Кочетов.
   Первое крупное соревнование пловцов в годы войны!
   -  Никогда  не  забуду  слов  Гаева,  -  задумчиво  произнес  Леонид,
прослушав короткую  заметку.  -  Какой  человек!  Еще  в  октябре  сорок
первого,  в  самые  тяжелые дни,  когда  фашисты стягивали кольцо вокруг
Ленинграда,  говорил он мне: "Мы, дорогой Леонид, собираемся долго жить.
Жить и побеждать на поле боя и на спортивном поле!"
   Тренировки  Леонида  шли успешно, хотя успехи эти, конечно,  были еще
очень  относительными. Совсем  недавно  он  проплывал  баттерфляем всего
десять  метров,  вчера - пятнадцать,  а сегодня - двадцать. Движения его
стали более согласованными, и после  каждого  широкого взмаха рук он уже
не проваливался  под  воду.  А  главное - в  нем  с каждым  днем  крепла
уверенность в своих силах.
   И Галузин,  и Аня понимали:  да, сегодня достижения Леонида еще очень
слабы.  Постороннему, наверно, даже показались бы смешными и жалкими его
попытки снова  стать чемпионом.  Но  друзья знали упорство и  трудолюбие
Кочетова,  его несгибаемую волю,  они верили в  него и  не сомневались в
конечном успехе.
   В эти дни Иван Сергеевич  напряженно размышлял: он изобретал для уче-
ника  все  новые  и новые специальные  приемы. Тренер разрабатывал такую
систему  движений  пловца, чтобы  Леониду не мешали быстро плыть три все
еще неподвижных пальца его правой руки.
   Аня  тоже стала плавать.  Она  решительно заявила Кочетову,  что  это
будет способствовать ее  успехам в  многоборье.  Когда-то она увлекалась
кролем - теперь  перешла на  баттерфляй.   Девушка  прямо  из  госпиталя
приходила на  вечерние  тренировки Леонида  и  плыла  рядом  с  ним.  Ей
казалось, что этим она помогает ему.
   Когда  Кочетов впервые проплыл 50 метров баттерфляем - радости друзей
не было предела.  Сразу после тренировки Леонид побежал в театр за биле-
тами.
   - Надо же отпраздновать этот день! - заявил он Галузину.
   - Надо, надо! - поддакивал Иван Сергеевич. - Но мы с Клавдией Тимофе-
евной лучше дома отпразднуем. По-стариковски, за чашкой чая. А вы, моло-
дежь, ступайте.
   Вечером Леонид и Аня ушли.
   - Хорошая девушка, - сказал Галузин, пытаясь осторожно откусить кра-
ешек твердой как камень соевой конфеты.
   Эти  конфеты  Клавдия  Тимофеевна извлекла  из  сундучка ради  такого
торжества. Сахара у них давно не было, а конфеты сохранились.
   Леонид и  Иван  Сергеевич давно  объявили,  что  не  терпят сладостей
(мужчины хотели сэкономить конфеты для Клавдии Тимофеевны).
   -  Хорошая девушка,  -  повторил Галузин,  все  еще  воюя  с  твердой
конфетой.
   - Конечно, - живо отозвалась тетушка. - Я с первого раза это примети-
ла.