- Понял? Приходи! Я буду ждать. Не придешь - значит, ты просто трус.
   Щелкнула дверь. Леонид остался один.
   "Трус?  Я  трус?  -  он  покачал головой.  -  Пусть бы это сказал кто
другой, - не так обидно. Но Галузин!.."
   Леонид ощупал правую руку. Крепко сдавил бицепс. Боли не ощутил.
   "Почему же в воде так кололо? С непривычки?"
   Он долго сидел задумавшись.
   Вдруг встрепенулся: "Что это я?"
   ...Галузин  уже  терял  надежду,  когда Леонид  вышел из  раздевалки.
Тренер облегченно вздохнул.
   Бассейн был пуст. Мальчишек Галузин прогнал.
   Леонид прыгнул и  поплыл.  И  сразу же  словно сотни крохотных иголок
впились в раненую руку.
   И  хотя боль была сильной - не она доставляла ему наибольшие мучения.
Неритмичность,  несогласованность движений поразили Кочетова больше, чем
острая боль.  Он знал, что ранение сказалось и на его нервной системе, и
подготовил себя ко всяким неожиданностям, Но такого он не предвидел.
   Куда  делись  выработанные  годами  навыки,   приемы?  Они  были  так
отшлифованы в упорных тренировках, что казались уже навеки не отделимыми
от  него.  Куда  исчезла  та  автоматическая четкость и  согласованность
движений, которыми приходили любоваться не только начинающие спортсмены,
но и опытные мастера?!
   Руки и  ноги Кочетова двигались рывками,  вразбивку,  в  движениях не
замечалось  той   слитности,   которая  и   позволяет  плыть   плавно  и
стремительно.  Вдох  делался чаще,  чем  нужно;  выдох был  недостаточно
глубок.
   "Придется  начинать  с   самого  начала! - с горечью  думал  Галузин,
напряженно следя  за  плывущим Леонидом. - Забыть,  что  ставил рекорды.
Учиться так, будто впервые пришел в бассейн!"
   Проплыв двадцатипятиметровку, Кочетов опустил ноги на дно и задумчиво
побрел обратно.
   Иван  Сергеевич с  беспокойством следил  за  учеником.  Кочетов молча
встал на стартовую тумбочку.
   - Начнем? - негромко и, как показалось Галузину, даже сердито спросил
он.
   - Начнем, конечно! - с облегчением воскликнул тренер.
   "Начнем,  начнем!" - раскатисто  повторило  эхо, разнеся  эти  бодрые
слова по гулким сводам бассейна.
   "Молодец! - радостно подумал Галузин. - Такой не сдастся!"
   Прыжок - и Леонид снова в воде.
   "Врешь!  Не так-то просто нас сломить!"  -  грозил он кому-то и плыл.
Вспомнил переправу через Лугу с перебитой рукой и безжизненным Галузиным
в  августе сорок первого.  Тогда было потруднее!  Так  неужели сейчас он
сдаст?
   Кочетов опять плыл на боку, и ему казалось, что рука болит уже не так
сильно, а движения становятся более уверенными.
   Так оно и было. Это с радостью отметил и Галузин.
   - Нет, не все потеряно! Мы еще поборемся! - шептал он.
   -  Хватит!  - крикнул Иван Сергеевич,  когда Леонид вторично закончил
двадцатипятиметровку. - На первый раз хватит! - повторил он.