отделения - он помнил всех четверых, а не только сегодняшнего. Уже что-то,
уже не ноль. И КВН. Целую неделю по утрам. Это он тоже помнил. И еще -
план побега. С трудом шел, со скрипом, но ведь в итоге получилось.
Нет-нет, он далеко не безнадежен. А Кочергин, а Нуркин! Оба - из черного
списка Народного Ополчения. Много их там, гавриков? У-у-у! На твой век,
Петя, хватит.
  Он дошел до перекрестка и остановился, размышляя, куда идти дальше.
  - Эй, ты! Топай сюда! - начальственно крикнул парень у черного "БМВ". -
Денег хочешь?
  Тон Петру не понравился, еще больше ему не понравилась уверенность
постороннего человека в том, что он нуждается в деньгах, однако он в них
действительно нуждался.
  - Чего тебе?
  - Не "тебе", а "вам". Тьфу, ну вы, бомжи, оборзели! Толкнуть надо. До
заправки. Во-он там. У тебя мышцы остались или пропил все? Короче,
десятка. Взялся. Быстренька!
  На молодом парне были превосходные брюки и симпатичная пестрая рубашка.
Петру захотелось иметь такую же - он как раз спохватился, что сам одет с
чужого плеча, да и бланш под левым глазом наверняка успел налиться всеми
цветами радуги. Бомж и есть.
  - За десятку сам толкай.
  Владелец "БМВ", собравшийся было сесть за руль, многозначительно замер.
  - Гордый пролетарий? Сельская интеллигенция? Две. Две десятки, но за это -
бегом. Чтоб ветром сдувало. Ферштейн?
  - Маловато. - Петр не приблизился к машине ни на шаг, но и уходить тоже не
собирался.
  - Сколько ж тебе надо, гегемон?
  - Полштуки грина. Это долг отдать. И еще на жизнь.
  - Ладно, клоун. Даю тридцать. Не за хамство, за находчивость.
  - Сто рублей, и меняемся рубашками. Тот попытался изобразить гомерический
хохот, но хохот вышел так себе.
  - А зачем мне твоя? В ней, наверно, блохи живут.
  - Не ходить же тебе с голым пузом, - резонно ответил Петр. - Не на пляже.
  - Сам нарвался, бомжара, - тихо сказал парень.
  Прохожие, предчувствуя конфликт, заторопились на другую сторону, а
некоторые из пытливых пристроились возле троллейбусной остановки.
  Человек в красивой рубашке расстегнул золотой браслет и опустил часы в
задний карман, затем снял с круглого лба солнцезащитные очки и бережно
положил их на приборную панель.
  "Сам нарвался, - молча подумал Петр, занимая стойку. - А часы хорошие,
"Картье". Если выгодно толкнуть, можно всю больницу у Клана выкупить. И
устроить карнавал - прямо на Красной площади. Нуркину понравится.
  Нет, - решил он. - Психов тревожить не станем, часы для другого
пригодятся. Я по ним время засекать буду - что и во сколько вспомню. Скоро
вечер. Скоро начнется".
  - Давай, мил друг, не томи, - сказал он обладателю золотых "котлов" и
модной рубашки. - Без тебя дел по горло.


                                  Глава 6