переулок был тихий, без всяких там офисов и представительств.
  "Какие еще офисы, - очнулся Костя. - Какие представительства? Какая, к
черту, "восьмерка"?! Панкрашин - и на "восьмерке"? А что это за переулок?
Бэтээру не развернуться, значит, и Панкрашину здесь делать нечего. Куда он
без двух броневиков? Кто он без своей охраны?"
Разбрызгав лужу, к тротуару прижались серые "Жигули". Константин взъерошил
волосы, почесал щеку и наконец пришел в себя. "Восьмерка" - не БТР. Вот и
хорошо, возни меньше. А то, что Панкрашин без охраны, - это... Нет,
объяснить такую расхлябанность было невозможно. Предатель, за голову
которого командование Ополчения сулило Крест Героя, просто не имеет права
появляться в городе без сопровождения. Может, не он? Ошибка?
  Ну как же! Панкрашин приладил на руль противоугонный замок, хлопнул
дверцей и, подняв воротник замызганной куртки, обошел машину кругом.
Сокрушенно поцокал у заднего бампера, что-то там поковырял и направился к
дому напротив.
  Константин холодно посмотрел ему в спину и подался вперед. Возможно, он
отражался в мокрых стеклах первого этажа, но это ничего не меняло. Он
опустил правую руку в карман плаща и сквозь разрезанную подкладку нашел
предохранитель. Щелк.
  "Штайр" висел на плече легко и удобно. Оптический прицел сегодня был не
нужен, и Костя, готовясь к выходу, его открутил. Массивную трубку с
линзами, не иначе - цейсовского отлива, он аккуратнейшим образом завернул
в байковую тряпицу и схоронил на дне жестяного ящика.
  Костя добрался пальцем до спускового крючка и, обхватив винтовку ладонью,
приподнял ствол. Хотелось бы чисто, одним выстрелом, но сейчас было не до
лоска. Очередью тоже нормально - под левую лопатку, там, где бьется
ненавистное...
  Именем Народного Ополчения...
  Где-то в стороне раздался оглушительный треск, и в переулок вкатило
несколько мотоциклистов. Первый, самый жирный, самый бородатый и самый
пьяный, остановился как раз между Костей и подходившим к подъезду
Панкрашиным. Выставил короткие ножки, привалил мотоцикл набок, обернулся,
что-то пролаял своим друзьям... Все, Панкрашин скрылся. Возвратная пружина
парадной Двери истошно скрипнула и отделила их друг от друга.
  Костя смотрел на оклеенную объявлениями дверь, как на личного врага. На
байкеров он почему-то не злился.
  Подбежав к парадному, он ухватился за ручку, но заметил домофон. Скверно.
Константин трижды ткнул наугад. После второго, похожего на телефонный
гудка в динамике зашуршало.
  - Кто там? - на всю улицу проблеяла старуха. Наверняка глухая и
малограмотная. Где-то водятся и нормальные, но ему всегда попадались
только такие.
  - Почтальон.
  - А? Кто?
  - Почта, - гаркнул Костя, но в этот момент рядом взревели мотоциклы, и он
сам не услышал, что сказал.
  - Сидите дома, - непонятно к чему заявила старуха. - Не балуйтесь.
  Константин сплюнул и поспешно набрал новый номер. Пять гудков - молчание.
Опять на "сброс" и пальцем по кнопкам. В принципе, можно было не
торопиться - на лестнице уже не застать.