- А кто такие?
     - Два парня и девушка.  Один парень - совсем  мальчишка.  Дивчина
тоже вроде подростка. Она в сознании. Рассказывала, что несет ценности
от самого того города. Такая чудесная девушка, товарищ первый... У нее
глаза...
     - Ладно, читайте записку.
     - Слушаюсь...  Ну,  тут они перечисляют свои имена и адреса. Вот:
"Мы просим тебя, товарищ..." Это они обращаются к тому, кто их найдет,
"...взять спрятанный под корневищем мешок с ценностями, принадлежащими
государству, и доставить его..." - Голос майора сорвался.
     - Ну, ну, "и доставить его"... Что вы, не разбираете, что ли?
     - Никак нет,  разбираю, "...и доставить его в ближайшую партийную
организацию".  И еще они тут в письме просят передать последний привет
доблестной Красной Армии, Ленинскому комсомолу, большевистской партии.
Они просят сказать... вот это замечательное место я вам прочту: "...мы
сделали все,  что могли,  и не выполнили задания  только  потому,  что
заболели, ослабли... ослабли..."
     Трубка смолкла.  В  ней  слышался  сухой   шорох   взволнованного
дыхания.
     Генералу почудилось,  будто холодная  пластмасса  жжет  ему  ухо.
Бурые доски блиндажа, обмерзшая стенка земляного колодца, позолоченная
солнечными   лучами,   померкшая   кисточка   ацетиленового   пламени,
бесполезно  дрожавшего  над настольной лампой,  стол,  точно скатертью
покрытый исчерченной рабочей картой,  - все  это  смазалось  в  теплом
тумане. Рядом неясно маячила фигура порученца.
     Генерал резко отвернулся.
     - Чего стоите, погасите лампу! - сердито буркнул он. Только после
этого ворчливо,  но каким-то новым  голосом  он  сказал  в  трубку:  -
Довольно.  Немедленно под надежным конвоем направьте ценности сюда, ко
мне на КП.  Ну да,  пункт прежний.  С ценностями  направите  подробное
донесение  об  обстоятельствах  дела,  приложите  эту записную книжку.
Людей немедленно перевезти в медсанбат при враче,  беречь  как  зеницу
ока,  головой отвечаете...  Стойте, насчет людей отставить. Я пошлю за
ними свою машину с подполковником медслужбы.
     Генерал отдал адъютанту соответствующие распоряжения и, когда тот
исчез, снова прильнул к трубке:
     - Слушайте! Это опять я, первый. А какие они, эти люди? Опишите.
     - Девушка очень молоденькая, очень милая, похожая на подростка...
кудрявая... прекрасные серые глаза... Вы знаете, товарищ первый, такие
глаза...
     - Тьфу! Вам сколько лет, майор?
     - Двадцать пятый, товарищ генерал.
     - Вот  и  видно,  что  двадцать  пятый.  Глаза!  Я разве о глазах
спрашиваю? Как эти люди выглядят?
     - Очень истощены, ослабли. Парни почти не говорят, а девушка...
     - Опять девушка!
     - Виноват,  я только хочу сказать,  что девушка рассказывает, что
они шли до самого позавчерашнего утра, шли будто бы по ночам, а потом,
когда  на дорогах началось ночное движение,  углубились в лес.  Трудно
поверить,  но, кажется, это так. Девушка передала мне немецкую карту с