направляли в онкологический институт. Исследование среза ткани показало, что
у Шуры рак груди. И профессор Петров, директор  онкологического института, и
его ассистент доктор Холдин советовали ей лечь  на  операцию.  Все понимали,
что  Шура больна смертельно, что рак  груди перейдет  в  конце  концов в рак
легких  с неизбежной смертью и что только операция может  дать какой-то шанс
на жизнь.  Но Шура согласилась лишь  на  частичную резекцию  груди,  которую
сделал Холдин. Операция, прошла, как казалось, удачно,  и  Шура оправилась :
опухоль исчезла. Но  с тех пор у Шуры исчез ее звонкий смех, и облако печали
и тревоги не сходило с ее лица. Она предвидела свое будущее...
     В тридцатые годы я входил с верой в лучшее будущее для нашей  страны, с
верой  в  быстрое  строительство социализма.  Так  думало и верило  огромное
большинство интеллигентной молодежи, родившейся перед Первой мировой  войной
и  выросшее в годы  гражданской войны. В двадцатые годы вся эта молодежь еще
верила в революцию, в социализм, обещанный большевистской партией, как верит
сейчас, в  60-70-е годы, в "еврокоммунизм с человеческим лицом" свихнувшаяся
западноевропейская  молодежь.  Но к концу тридцатых годов советская молодежь
потеряла веру в социализм и коммунизм, проповедуемые ВКП (б).
     Когда  осенью  1930  года  я  начал занятия в  Ленинградском  институте
инженеров   гражданского   воздушного   флота,   профорганизация   института
посоветовала мне вступить в члены ВАРНИТСО.
     "ВАРНИТСО"  - это "Всесоюзная ассоциация  работников  науки  и  техники
социалистического общества". Председателем ее был академик-биохимик А.Н.Бах,
в молодости - участник  революционного движения и автор  революционной песни
"Царь-голод".   Председателем   ленинградской  организации   был   профессор
физиологии  Ленинградского  Университета А.Немилов.  Ее отделения имелись  в
республиках  Советского  Союза, в  крупных  городах, где были вузы, в каждом
крупном вузе.
     Создание этой  ассоциации  имело  целью  оторвать  научную  молодежь  и
"середняков" от  влияния  стариковученых,  консерваторов  и  реакционеров по
своему политическому  прошлому, объединить идущую научную смену под лозунгом
революционной науки.
     В моем  институте в  ВАРНИТСО  записались все преподаватели - члены ВКП
(б) и  кандидаты партии и  почти весь беспартийный научный молодняк,  в  том
числе и я.
     Секретарь институтской ассоциации П.И.Краснов, типичный  чекист  (он не
скрывал,  что  работал в  "органах")  , рассматривая анкеты кандидатов  в ее
члены, вел "задушевную беседу" с  каждым кандидатом, выясняя его пригодность
быть  членом  организации. Мне  он  сказал: "Вы,  товарищ Полетика,  человек
искренний,  не  чета  тем,  кто притворяется.  Но вы  будете  с  нами (т.е.с
партией), пока вы нам верите. А  когда вы перестанете нам верить, вы станете
нашим врагом".
     Врагом я не стал. Но я потерял веру в социализм, проповедуемый ВКП (б),
и в социалистическое строительство  в СССР. Последний удар моей вере нанесла
Вторая мировая война.