мечты...  Что осталось от всего этого? Скажите мне,  что?.."
Интересно, смогу ли я достаточно внятно произнести это?
     Мне кажется, что смогу...
      Я  придумала  этот сюжет семь месяцев  назад,  в  день
рождения Андрея. А закончу - в день его гибели. Я никому  не
хочу  сделать больно, но ведь я все-таки Королева Детектива,
хотя  и отношусь к этому титулу иронически. И я не могу уйти
просто так, не сыграв напоследок.
       А   вам   понравился  убийца,  одинокий,  как  танцор
фламенко?..
      Целую  вас,  и  да  хранит вас бог.  Простите  меня  и
прощайте.
     Ваша Аглая".

      Я  сложила письмо и сунула его в карман. Я знала,  что
буду  возвращаться к нему десятки и сотни раз. Но не сейчас.
Только не сейчас.
      ...Чиж ждал меня на ступеньках, переминаясь с ноги  на
ногу.
      -  Ну  что?  - спросил он у меня. - Дохлый номер?  Как
кретины - приехали в эту чертову Москву... А у меня  от  нее
изжога, так и знай.
      -  Ты  гений. Ты Чиж - мама, не горюй! Ты  Чиж  -  ума
палата!  Ты  -  Чиж.  Лучший на свете Чиж,  -  сказала  я  и
поцеловала Чижа в щеку.
      Эпилог  Через  восемь тысяч семьсот  шестьдесят  часов
после убийства ...Умное волевое лицо, резко очерченные губы,
едва  тронутые  светлой помадой, и эксклюзивное  серебро  на
всех  пальцах. Такого серебра не найти ни в одном  магазине,
оно    передается    исключительно   по   наследству.    Или
завоевывается  как  трофей - вместе с карьерой,  деньгами  и
мужскими скальпами...
      А  если  прибавить  сюда  коротко  стриженную  точеную
голову!
      За  год Дашка кардинально поменяла свой внешний облик.
Да и саму жизнь, чего уж там скрывать.
     - Лучший детектив года и самый яркий дебют. Ты добилась
чего хотела, - сказала я.
      - Два лучших детектива года и пятое место по продажам,
- скромно поправила она. - Я должна сказать вам спасибо.
     - Ты уже сказала. В своем интервью.
     - Да, кажется. Вот только не помню, в каком именно.
     - Если уж на то пошло, ты должна сказать спасибо Аглае.
Это ведь был ее замысел.
     Дашка стряхнула пепел на пол, даже не поинтересовавшись
у меня, где бы разжиться пепельницей.
      -  Об  Аглае больше никто не вспоминает. - Сколько  же
было снисходительности в ее улыбке, боже праведный!..
      -  Почему  же никто? Мы вспоминаем. Да  и  ты,  как  я
посмотрю...