...Огрызок  вечера и всю оставшуюся ночь я  провела  в
квартире  Чижа.  И  до  одури  гоняла  копию  конфискованной
пленки, которая была отснята за ужином. Вернее, только  один
ее  фрагмент:  шахматную  партию между  Аглаей  и  Райнером-
Вернером.  Просто счастье, что я вертелась возле доски  и  в
объектив  влюбчивой "SONY Betacam" попадали  не  только  мой
перекошенный  глаз и свернутый набок нос,  но  и  фигуры  на
доске.  И  чем дольше я анализировала партию, тем яснее  мне
становилась картина.
      Аглая была не шахматным игроком. Она была превосходным
шахматным   игроком!  Суметь  так  тонко  окучить  дилетанта
Райнера-Вернера,  суметь  так  блистательно  ему  проиграть,
суметь  потерять  такое количество фигур  в  самых  выгодных
комбинациях!.. Для этого нужно было просчитывать не пять,  а
десять ходов вперед! Она играла за него и за себя, это  было
очевидно! Она гнала Райнера-Вернера к победе плетью  о  семи
концах, она просто не давала ему опомниться!
      Теперь,  промотав кассету сто сорок четыре раза,  я  с
уверенностью  могла сказать: Аглая проиграла только  потому,
что хотела проиграть.
     Ей было жизненно необходимо проиграть, чтобы...
     Чтобы разбить проклятый бокал!!!
      И  эти  ее постоянные отлучки в оранжерею, и  Ботболт,
которого  разбившийся горшок застал не с  одним  бокалом  на
подносе,  а  с  восемью... Поднос с одним  бокалом  был  уже
потом, Ботболт налил в него шампанское из начатой бутылки на
столе и, не задерживаясь, отнес в зал, чтобы она его выпила.
     Я почувствовала пьянящий привкус ярости на губах.
     Нет, Аглая не могла так поступить со мной, служившей ей
верой и правдой. С кем угодно - только не со мной! Шахматной
партии   и   бокала  было  слишком  мало,  для  того   чтобы
высказаться. А Аглая должна была, высказаться.
     Должна.
     А я должна была ее услышать. Ведь для чего-то она взяла
,%-o в секретари. Именно меня!
       После   часа  стояния  в  душе  я  наконец-то   нашла
недостающее звено. В самом финале "Украденных поцелуев".
       "УВЯДШЕЕ   СЧАСТЬЕ,   РАСТРЕПАННЫЕ   ВЕТРОМ   ВОЛОСЫ,
УКРАДЕННЫЕ  ПОЦЕЛУИ, УСКОЛЬЗАЮЩИЕ МЕЧТЫ... ЧТО  ОСТАЛОСЬ  ОТ
ВСЕГО ЭТОГО? СКАЖИТЕ МНЕ, ЧТО?"
      Это  был  подстрочник песни, которую Аглая  так  и  не
напела.  Но  произнесла, прежде чем отдать  бокал  Дашке.  И
дождаться своего собственного последнего бокала.
     Стоящего на подносе в гордом одиночестве.
      Ведомая каким-то дьявольским вдохновением, я принялась
ломать  коробку  из-под  кассеты с "Украденными  поцелуями".
Лицевая    сторона    не    представляла    собой     ничего
экстраординарного: цельный кусок пластмассы,  не  более.  Но
изнаночная  - с логотипом "КИНОЭТО-ПРАВДА24КАДРАВСЕКУНДУ"  и
реквизитами фильма - вовсе не была цельной: она состояла  из