- Жаль, что не могу сказать тебе то же самое... - не удержался Никита.
   - Обожаю! Я тебя обожаю!...
   И Никита сразу  понял,  что  она  не  лжет.  Ей  нравилась  бессильная  и
анемичная Никитина ненависть, она понравилась бы ей еще больше, если бы...
   Если бы не была такой робкой в своих проявлениях.
   - В гробу я видел. Тебя и твое  обожание,  -  поморщился  Никита,  вперив
взгляд в колье на Мариночкиной точеной шейке.
   Прогнулся, прогнулся хозяин, ничего не скажешь! Платина  и  куча  сидящих
друг на друге бриллиантов, тысяч на двести пятьдесят потянет. Зеленых. Такая
вещичка хороша для культпоходов в персональный туалет и персональную  сауну,
и в койку к собственнику-мужу - на людях показываться в ней просто опасно. И
вполовину меньшее количество баксов кого угодно спровоцирует.  Мариночка  же
не стоила и десятой части этой суммы. И сотой.
   - Знаю, знаю, - она читала немудреные мысли Никиты, как глухонемые читают
по губам. - Я не стою и сотой части  этого  дурацкого  колье.  Ты  ведь  это
хочешь сказать, дорогой мой?
   - Именно это.
   - Удивительное единство мнений со всеми этим напыщенным  сбродом.  А  мне
наплевать.
   - Еще бы...
   - Давай! Вываливай все, что обо мне думаешь... - подначила Никиту молодая
Корабельникоffская жена. - Другого случая может не представиться.
   - Была охота...
   - Тогда я сама, если ты не возражаешь...
   Надо же, дерьмо какое! Никита хотел промолчать, и все же не  удержался  -
уж слишком эффектной она была в этом своем, почти абсолютном, цинизме.
   - Валяй, - пробормотал он.
   - Хищница, - захохотала Мариночка.
   - Ну, хищница - это громко сказано. Скорее, стервятница. Гиена...
   - Гиена?...
   По ее лицу пробежала тень. Или это только показалось Никите?... Мариночка
тотчас же подняла регистр до вполне сочувственного хихиканья и,  карикатурно
подвывая в окончаниях, разразилась полудетским стишком:

   - Разве не презренна
   Алчная гиена?
   Разевает рот,
   Мертвечину жрет.
   Мудрому дано
   Знать еще одно
   Качество гиены
   Камень драгоценный
   У нее в глазу,
   Как бы на слезу
   Крупную похожий.
   Нет камней дороже,
   Ибо тот, кто в рот
   Камень сей берет,
   Редкий дар имеет
   Ворожить умеет..