отпущенным свыше. Так становились "избранниками". Из песен слов не выкинешь.
Но  верно и  то, что, числясь в представительных органах власти, разные люди
вели себя  по-разному. Она видела: одни  приезжали  на сессию  отдохнуть  от
дома, семьи, работы, другие -- "отовариться" разовыми спецпайками, третьи --
действительно работали.
     Она   взялась   за   тему,   животрепещущую!   Рожденную   объективными
обстоятельствами, жизнью. Твердо  и ясно сформулировала для себя то,  за что
должна  была в меру своих возможностей бороться: населенный пункт  не должен
быть  "проходным".  Жизнь,  данная  Богом  или  иным  естеством,  изначально
преходяща, временна. Делать же  сознательно внутри  этого  мгновения природы
рукотворные "времянки", по сути -- пустоты, -- явно преступно по отношению к
самим себе, к человеческой натуре.
     Нет,  конечно,  Наталья,   на  тот  момент  оператор  по  добыче   газа
Медвежинского ГПУ  производственного  объединения  "Надымгазпром",  была  не
первой в будировании жилищного вопроса и капитального строительства вообще в
поселке газовиков. Она,  согласно  депутатскому  статусу,  исполняла  наказы
пангодинцев, озвучивала предложения производственно-муниципального "актива",
-- но это был  и ее  личный, до  глубины  души осознанный  выбор направления
общественной работы.
     Созрела  критическая  масса  людских  страданий.  Это понимали  все.  И
местная   власть,   и  руководство   предприятий,   особенно   Медвежинского
газопромыслового управления, -- те, которые на себе ощущали растущее влияние
человеческого, в  данном  случае,  бытового  фактора  в  освоении Медвежьего
(впереди уже вовсю разворачивался  Ямбург, "питаемый" сменными бригадами  из
Пангод). Поселок оставался  вахтовым по номиналу, но де-факто таковым не был
уже  в конце семидесятых. К  тому  времени в Пангодах правдами и  неправдами
постоянно проживали,  ютясь в общежитиях и  балках,  несколько  тысяч  самых
настоящих семей: мужья, жены, дети и даже бабушки и дедушки.

     Первый  раз Наталья поднималась на трибуну Тюменского областного Совета
не чувствуя ног. Во рту пересохло. Когда  говорила, в  ушах стоял незнакомый
гул.  Читала  собственноручно  написанное не  понимая слов,  лишь  осознавая
важность  того, что  говориться.  Голос звенел... Когда спустилась, села  на
первое  попавшееся свободное кресло  в первом  ряду -- боялась,  что упадет.
Тело била мелкая дрожь. Мужчина, сидевший рядом, тронул за рукав, добродушно
и  ободряюще  кивнул.  Это  был  Генеральный  директор  ВПО  "Тюменьгазпром"
Черномырдин В.С., депутат областного совета.
     Надымский район уже давно был вотчиной "Мингазпрома",  который,  делясь
формально  властью  с  исполкомами,  фактически  господствовал на газоносной
территории,  справедливо и  безотказно везя на себе груз абсолютно  всех, от
"а"   до   "я",  проблем.  Именно  его   решения,  основанные   на   мнениях
представительств   в   северных   глубинках,   таких   как,   например,   ПО
"Надымгазпром",  носили  базовый  характер,  которые  затем  соответствующим
образом оформлялись.

     В марте  1987  года замминистра газовой  промышленности  Е.А. Яковлевым
было  утверждено  задание на проектирование рабочего  поселка  Пангоды, а  в
декабре  этого  же  года   состоялось  соответствующее  решение   Надымского
горисполкома... Это и были два главных документа, на основании которых через
несколько   месяцев   появился,   выполненный  Тюменьниигипрогазом,  "Проект