Пройдет всего год и будет  открыт новый аэропорт, в достаточной дали от
поселка.  Это  будет,  пожалуй, его  единственное  существенное  отличие  от
старого аэродромного комплекса. "Грунтовка" останется "грунтовкой".  Попытка
открыть  регулярное  пассажирское   авиасообщение   с   "землей"  закончится
неуспешно:  однажды прилетевший из Тюмени  АН-24  слегка "промахнется"  мимо
полосы,  и  ему придется доостанавливаться на тундровых кочках.  Для людей и
машины  последствий никаких,  но пассажирские  рейсы  для больших  самолетов
отменят.  Пангодинцы будут  продолжать  летать  на  материк через Надым,  их
мытарств  всегда  будет на  одно стокилометровое  авиаколено  больше, чем  у
соседей-надымчан,  как  и  всех  северян тоже обреченных  на  долгие  летние
перелеты и переезды.
     Знаковым  покажется  Фетисову   первое  утро  после   открытия   нового
аэропорта. Он приедет на  работу  очень рано и  начнет  привычный по старому
рабочему  месту обход.  Он  заметит, что собаки, еще  во время строительства
прижившиеся в  новом аэропорту, необычно  возбуждены и увлекают обходчика за
собой.  "Значит, след",  --  подумает Игорь. Действительно,  на снегу  будут
четко  вырисовываться  огромные  следы  от  медвежьих  лап. Следы  пойдут по
периметру, вдоль аэродромной границы. Возле нескольких "тумб", установленных
через  каждые  сто метров аэродромной  полосы, снег будет желтым... "Пометил
хозяин!... -- весело подумается Фетисову. -- А как же, -- "Медвежье"!..."
     И  будет  страшная  ночь  морозной  весной  1982 года:  четыре огромных
гудящих факела -- двухсотлитровые железные бочки  с соляркой и ветошью -- по
вершинам  расчищенного  наспех от  снега  квадрата. Здесь  обозначится новая
вертолетная площадка,  поближе к беде,  для немедленного приема малых  судов
медицинской  авиации...  В  этой  аварии  на  газопроводе сгорят заживо  или
замерзнут,  в   панике,  несколько  человек...   Служба  Фетисова  обеспечит
возможность  ночных спасательных полетов. Благодаря  авиации будут сохранены
десятки жизней...
     И  будет  город  Новый  Уренгой,   куда  Фетисову   придется  летать  в
командировки  --  пригодится  его  опыт  работы  в  экстремальных   северных
условиях.  Там,  в  такой  же  приполярной  тундре,  для  целей  ускоренного
строительства  города  и  объектов  уникального  месторождения,  тоже  будет
эксплуатироваться   аэропорт,   поначалу   "не  нормальный"   в   привычном,
материковом понимании...
     Но все это и многое другое случится потом...
     Пока же Игорь Фетисов спит, уронив голову на плечо. До подъема остается
еще почти  целых  два часа. Он еще не знает, что как раз в это время самолет
АН-12, с  тем же пилот-инспектором на борту, взлетает с тюменского аэропорта
"Рощино"  и берет курс на...  "Медвежье". Инспектор спешил обратно на север.
Сообщив о своем ночном "северном" подвиге он получил за это незамедлительный
нагоняй и  приказ  до утра исправить  созданную им  недопустимую ситуацию на
стратегически  важном  для  страны  объекте.  Ровно  в  семь  он,   тревожно
поглядывая   на  часы,  стремительно  зайдет  в   диспетчерскую,   потребует
соответствующий журнал  и ниже своей предыдущей  записи начертает: "Полеты в
аэропорту "Медвежье" воздушным судам первого и второго класса РАЗРЕШАЮ".


НАШИ ПАНГОДЫ