Магомету, как ты со  своими  дружками  топил  его  детей.  Ну,  чего  ты
побледнел? Думал, не осталось свидетелей? Поехали,  поехали,  Усман,  не
телись.
   - Погоди, - остановил следователя Алибек. - Я все расскажу, а вы меня
отпускаете.
   - Я пускаю, - поправил его Марк. - Пулю в твою голову, если ты забыл.
По-е-ха-ли, - раздельно повторил он, поторапливая следователя.
   "УАЗ" вырулил на дорогу и, минуя автовокзал, выехал на улицу Артема.
   Они блефуют, лихорадочно размышлял Уваров. Да еще  слово  "свидетель"
наводило его на мысль  о  себе  в  качестве  именно  свидетеля.  Хоть  и
продажная, но все же милиция; еле живой, но все же свидетель  Гальчиков;
уже напуганный, но такой же очевидец Уваров.  Хилая,  какая-никакая,  но
следственная цепочка, из-за которой его могут, должны отвести  в  подвал
отделения милиции. Как оттуда выбраться - вопрос третий,  второй  -  как
избежать встречи с Магометом. Его не остановят ни дряхлые стены ОВД,  ни
его сотрудники. Но не пуля,  нет.  Даже  сравнительно  малый  промежуток
времени виделся сейчас огромным, даже спасительным. Ибо порой не знаешь,
с какой стороны придет спасение. А вдруг?
   Очень похоже рассуждал  некогда  Султан,  мысленно  призывая  Алибека
прийти к нему на помощь.
   - Останови, - снова попросил Уваров. Ему казалось, он нашел выход  из
трудного положения. - Я согласен. Расскажу все, что знаю. Даже больше.
   - Нельзя рассказать больше, чем знаешь, - заметил Сергей. - Соврать -
да.
   Так часто бывает - перехватывает  вдруг  дыхание,  волной  накатывает
слабость от предчувствия или близости жуткого  известия.  Но  что  может
сообщить Алибек такое, от чего дышать стало тяжело?
   Сергеем овладело нетерпение. Чего медлит этот ублюдок? Еще немного, и
Марк схватил бы его за грудки.
   - Султан, - с запинкой выговорил Алибек, - сказал Шамилю, что это  ты
продал его. Нашел в Москве чеченцев из тейпа Султана и потребовал с  них
деньги.
   Если что и могло превратить лицо Марковцева в серую маску, так только
это известие. Пожалуй, Алибек оказался прав:  можно  рассказать  больше,
чем знаешь. И услышать.  Покойный  дагестанец  мог  услышать  от  Сергея
главную причину, заставившую его принять предложение:  видеокассета,  на
которой был запечатлен сломленный дагестанский парень, убивающий  своего
земляка. По силе этот  сюжет  не  уступал  известию,  которое  буквально
обрушилось на Марковцева.
   Шамиль не знал главного и умер, проклиная Сергея. Марковцев знал все,
но, кроме как глотать подступивший к  горлу  комок  адреналина,  сделать
ничего не мог.
   Он все приписал на свой счет. Даже то, что не  пришел  за  обещанными
деньгами, а позже сказал Шамилю  в  телефонном  разговоре  все,  точнее,
подтвердил свое предательство: зачем ему деньги, жалкие сто  или  двести
тысяч, когда он в той же Москве мог получить больше? Получил. Получил по
заслугам.
   - Давай дальше, - потребовал Марк с хрипотцой в голосе. -  Скажи  мне
имя человека, которого я нашел в Москве.
   Алибек снова ответил, запинаясь: