ВЛАДИМИР МАКАНИН
 КАВКАЗСКИЙ ПЛЕННЫЙ

                                     Рассказ

                                        1
   Cолдаты, скорее всего,  не знали про то, что красота спасет мир, но
что такое красота,  оба они, в общем, знали. Среди гор они чувствовали
красоту (красоту местности) слишком хорошо она пугала.  Из горной тес-
нины выпрыгнул вдруг ручей. Еще более насторожила обоих открытая поля-
на,  окрашенная солнцем до ослепляющей желтизны.  Рубахин шел  первым,
более опытный.
   Куда вдруг делись горы?  Залитое солнцем пространство напомнило Ру-
бахину о счастливом детстве (которого не было).  Особняком стояли  над
травой  гордые южные деревья (он не знал их названий).  Но более всего
волновала равнинную душу эта высокая  трава,  дышавшая  под  несильным
ветром.
   - Стой-ка, Вов. Не спеши, предупреждает негромко Рубахин.
   Быть на  незнакомом  открытом месте все равно что быть на мушке.  И
прежде чем выйти из густого кустарника,  Вовка-стрелок вскидывает свой
карабин  и с особой медлительностью ведет им слева направо,  используя
оптический прицел как бинокль.  Он затаил дыхание. Он оглядывает столь
щедрое солнцем пространство. Он замечает у бугра маленький транзистор-
ный приемник.
   - Ага! - восклицает  шепотом  Вовка-стрелок. (Бугор сух. Приемничек
сверкнул на солнце стеклом.)
   Короткими перебежками  оба солдата в пятнистых гимнастерках добира-
ются до вырытой наполовину (и давно заброшенной)  траншеи  газопровода
до рыжего, в осенних красках бугра. Они повертели в руках: они уже уз-
нали приемничек.  Ефрейтор Боярков,  напившись, любил уединиться, лежа
где-нибудь в обнимку с этим стареньким транзистором. Раздвигая высокую
траву, они ищут тело. Находят неподалеку. Тело Бояркова привалено дву-
мя камнями.  Обрел смерть.  (Стреляли в упор он,  похоже, и глаза свои
пьяные не успел протереть.  Впалые щеки.  В части решили, что он в бе-
гах.)  Документов никаких.  Надо сообщать.  Но почему боевики не взяли
транзистор? Потому что улика. Нет. А потому, что слишком он старенький
и дребезжащий. Не вещь. Необратимость случившегося (смерть один из яс-
ных случаев необратимости) торопит и  против  воли  подгоняет:  делает
обоих солдат суетными. Орудуя плоскими камнями как лопатами, они энер-
гично и быстро закапывают убитого.  Так же наскоро слепив над ним хол-
мик земли (приметный насыпной холм), солдаты идут дальше.
   И вновь на самом выходе из теснины высокая трава.  Ничуть не пожух-
ла.  Тихо колышется.  И так радостно перекликаются в небе (над деревь-
ями,  над обоими солдатами) птицы.  Возможно,  в этом смысле красота и
спасает мир. Она нет-нет и появляется как знак. Не давая человеку сой-
ти с пути.  (Шагая от него неподалеку. С присмотром.) Заставляя насто-
рожиться, красота заставляет помнить.
   Но на этот раз открытое солнечное место оказывается знакомым и нео-
пасным. Горы расступаются. Впереди ровный путь, чуть дальше наезженная
машинами пыльная развилка,  а там и воинская часть.  Солдаты  невольно