- Ах ты старая дура!  - заорал старик на свою "дролюшку".  -  Ах,
ведьма, ленивая кобыла! Не могла сама закрепиться.
     Он обращался к своему судну,  как к живому существу.  Ребята едва
удерживались от смеха.
     - Отдать концы! - скомандовал боцман.
     И минут  через  десять  "Белуха"  на  буксире  была  водворена на
прежнее место у причала.
     Матросы "Ласточки" помогали Карпычу пришвартовать "Белуху",  а он
их поучал:
     - Э, куда, куда?! Не так! Не так! Это вам не академия! Тут думать
надо!
     - Смешной  старик,  -  сказал  Вяча,  когда  "Ласточка" отошла от
причала.
     - Странный, - отозвался Антон.
     - Это верно, старик с причудой, - подтвердил боцман. - Но главное
- честный! Мы с ним вместе плавали.
     За разговорами оставшаяся часть пути прошла незаметно.
     - Ура!  -  воскликнул  Вяча,  отдавая  якорь.  -  Возвращение  из
экспедиции и из похода - самое приятное во всех путешествиях и войнах,
говорили великие путешественники и полководцы.
     - А если  из  похода  возвращались  с  поражением?  -  по  своему
обыкновению, с язвинкой спросил Егор-Беломор.
     Вяча промолчал, а Степан Иванович сказал:
     - Мы вернулись не с поражением...
     Да, вернуться в родной город,  конечно же,  было очень приятно  и
радостно.  Все здесь было как прежде,  как всегда. И в то же время как
будто было и что-то новое.
     Друзья расстались, чтобы завтра снова встретиться на "Ласточке".
     Но Антон  и  Вяча  уже  вечером  вместе  смотрели  по  телевизору
футбольный матч, а потом долго бродили по городу.
     Позванивая, шли трамваи - красные и голубые.  Шипели по  асфальту
бесчисленные  легковые  автомашины,  встречались и нагоняли автобусы -
тоже красные и голубые.  А с реки доносился шум порта.  Родной,  милый
город!..  Здесь пахло морем,  но не было в этом запахе никакой морской
соли,  придуманной досужими маринистами.  Шли по  улице  вперемежку  с
другими  жителями Архангельска моряки,  может быть вчера или позавчера
вернувшиеся из дальнего плавания. Старожилы узнавали их не по походке,
тоже  придуманной литераторами,  а по неуловимому для обычного взгляда
виду и характеру человека, который много поплавал.
     - Знаешь,  Антон,  наш  сосед-пенсионер,  что  всю  жизнь плавал,
говорит: "Настоящего моряка я даже голого узнаю".
     - По татуировке?
     - Нет,  татуировка - пережиток.  Наши моряки уже  давно  себя  не
раскрашивают. А вот как он узнает моряка даже голого, неизвестно... Он
даже  говорит,   что   моряка   архангельского   отличит   от   моряка
черноморского или тихоокеанского.
     - Тоже голых?
     Ребята посмеялись, но потом Антон серьезно сказал:
     - Наверное,  по разговору.  Можно спросить у нашего боцмана.  Он,
конечно, знает.