катались.
     - Добро,  Ян,  - тут же решил боцман.  - Зови свою сестру.  Пусть
только оденется, как положено матросу!
     Инга пришла на "Ласточку" вместе с братом. Она была на год старше
Яна и очень походила на него.  В синем спортивном костюме,  в берете и
кедах,  девочка,  застенчиво  улыбаясь,  предстала  на  причале  перед
боцманом Рябовым. Но говорила она смело, хотя и негромко.
     - Товарищ боцман, новый матрос "Ласточки" Инга Эрмуш явилась.
     Степан Иванович одобрительно взглянул на Ингу.
     - Итак,  экипаж шлюпа в полном составе.  Ян,  покажи Инге, чем ей
заниматься, и ее место на швартовке.
     ...Аграфене Петровне  шел восьмой десяток,  а выглядела она не то
чтобы молодо,  но была удивительно статной - высокая, широкая в кости,
с  прямой спиной,  без намека на согбенность.  И лицо у нее,  хотя и в
морщинках,  было какое-то ясное, может быть, от чистой, почти небесной
голубизны в глазах.  А говорила она так мягко, словно теплом одаривала
тех, с кем разговаривала. Поморка, истинная поморка!
     А вот изба у Аграфены Петровны, которая стояла дольше, чем жила в
ней ее хозяйка,  уже плоховата.  Но старенькие мосточки,  в две доски,
перед избой вымыты, выскоблены, точно половицы.
     Жила Аграфена Петровна в одиночестве.  Сын в Отечественную  войну
на  фронте  погиб.  А  замужняя дочь и сноха имели свои дома и семьи в
других деревнях.
     Приехавших хозяйка встретила гостеприимно, ласково:
     - Проходите,  соколы,  раздевайтесь,  умывайтесь.  Путь,  должно,
дальний  держали.  Отдыхайте!  В  избе  просторно.  Не будьте гостями,
будьте хозяевами!
     Аграфена Петровна   неторопливо,  степенно,  но  быстро  и  ловко
хозяйничала  -  согрела  самовар,  накрыла  в  передней  комнате  стол
узорчатой скатертью,  выставила на блюде,  тарелках, в мисках и чашках
картофель,  свежую жареную треску и  соленую  селедку,  грибы,  колоб,
яйца, капусту, ягоды, кувшин с квасом.
     - Кушайте, соколы, всего отведайте. Селедка-то очень соленая, мне
так не по вкусу.  Сейчас кулебяку запеку да сочней подам.  Живу я ноне
куда с добром,  а гости-то у меня редки.  Когда  вот  только  из  хора
русского наезжают за одеждой старинной да за пропеваньями, за песнями.
Все записывают да слушают.  Ну, наезжают порой дочка да сноха, сынoвья
вдова. А вот теперь вы... Мне и радостно. На людях-то веселее.
     Матросы "Ласточки" всего отведали и поблагодарили хозяйку.
     - Не за что,  не за что. Что вы, что вы, - приговаривала Аграфена
Петровна.  -  Да  вы  хоть  куда  путь-то  держите?  Может,   ночевать
останетесь? Места хватит на всех, не обидите.
     - Останемся,  переночуем,  - согласился Степан Иванович.  - И  не
только переночуем, а еще и завтра денек поживем. Изба у тебя, Аграфена
Петровна,  состарилась.  Вот мы завтра ее и подновим,  подремонтируем,
подмолодим.
     - Что вы,  что вы!  - взмахнула руками хозяйка.  - На мой  век  и
такой  избы хватит.  А на добром слове спасибо.  Только не за то я вас
приветила,  хлебом-солью угощала... Я на полчасика отлучусь к соседке,
а вы, гости дорогие, отдыхайте.