- О, я буду властвовать...
     - Вы - человек горячий. А что если они напугают вас, если вы  потеряете
голову...
     - Если все дело в этом, - пусть только попробуют!
     - Ну, а если перед вами окажется сам сатана?
     - Я отдеру за уши самого князя тьмы...
     - Браво! Если вы так уверены в себе, можете рискнуть, обещаю  вам  свою
поддержку. В пятницу приходите ко мне обедать, у меня будут еще двое друзей,
и мы доведем это дело до конца.
     Разговор  происходил  во  вторник.  Никогда  еще  ни  одного  любовного
свидания я не ждал с таким нетерпением. Наконец, желанный день  наступил.  У
своего друга я застал двух гостей с мало располагающей внешностью.  Мы  сели
за стол. Беседа  вертелась  вокруг  незначительных  предметов.  После  обеда
кто-то  предложил  совершить  пешую  прогулку  к  развалинам   Портичи.   Мы
отправились   туда.   Обломки   величественных   памятников,    разрушенных,
разбросанных, поросших терновником, пробудили несвойственные мне мысли. "Вот
какова власть времени, - думал я,  -  над  плодами  человеческой  гордыни  и
искусства". Мы все больше углублялись в этот лабиринт развалин, пока наконец
не добрались почти ощупью до места, куда не проникал ни один луч света извне
и где царил полный мрак.
     Соберано вел меня за руку. Внезапно он остановился, я - вслед  за  ним.
Один из наших спутников высек огонь и зажег свечу. При  ее  слабом  свете  я
увидел, что мы находимся в обширном  помещении,  примерно  в  25  квадратных
футов,  с  высоким,  довольно  хорошо  сохранившимся  сводчатым  потолком  и
четырьмя выходами. Мы хранили глубокое  молчание.  Тростью,  на  которую  он
опирался во время ходьбы, мой приятель начертил круг на песке, тонким  слоем
покрывавшем пол пещеры, и, вписав в него какие-то знаки, вышел из круга.
     - Вступите в этот круг, мой юный смельчак, - сказал  он  мне,  -  и  не
выходите, пока не увидите благоприятных знамений.
     - Объяснитесь точнее: каковы должны быть эти знамения?  Когда  я  смогу
выйти?
     - Когда все покорится вам. Но если до  этого  под  влиянием  страха  вы
совершите какой-нибудь ложный шаг,  вы  можете  подвергнуть  себя  серьезной
опасности.
     Тут он назвал мне формулу заклинания, краткую, настойчивую,  содержащую
слова, которых я никогда не забуду.
     - Произносите это заклинание твердым голосом, -  сказал  он,  -  трижды
отчетливо назовите имя Вельзевула, а главное, не забудьте,  что  вы  обещали
проделать с ним.
     Я вспомнил, что похвалялся отодрать за уши  самого  дьявола,  и,  боясь
прослыть пустым фанфароном, быстро ответил: "Я сдержу свое слово".
     - Желаем вам успеха, -  сказал  Соберано.  -  Когда  все  кончится,  вы
позовете нас. Прямо перед вами находится дверь.  Мы  будем  за  нею.  -  Они
удалились.
     Никогда еще ни один  хвастун  не  оказывался  в  столь  затруднительном
положении. В первую минуту я готов был  окликнуть  моих  спутников,  но  это
значило бы сгореть со  стыда  и  к  тому  же  распрощаться  со  всеми  моими
надеждами. Я остался на месте и попытался собраться с мыслями.  "Они  просто
решили напугать меня, - сказал я себе, - посмотреть, не смалодушничаю ли  я.
Люди, которые хотят испытать мое мужество, находятся в двух шагах отсюда,  и