корабля, постепенно превращая общую  конструкцию  в  абстрактную  тень.  Все
выглядело таким  нереальным,  что  Питту  трудно  было  поверить  во  вполне
очевидный факт существования корабля. Снижаясь на вертолете над льдиной,  он
надеялся, что спрятанный от людского глаза корабль исчезнет.
   Питт попытался сесть на гладкую площадку близко  к  кромке  айсберга,  но
угол ее наклона оказался настолько большим, что пришлось приземлиться  прямо
на вершину замурованного корабля. Ханневелл выпрыгнул из кабины раньше,  чем
шасси коснулись поверхности льда. Скоро он измерял шагами длину корабля,  от
носа до кормы. Питт присоединился к нему.
   - Совершенно необычный, -  говорил  Ханневелл.  -  Совершенно.  Ничто  не
возвышается  над  поверхностью:  ни  мачты,  ни  антенны   радаров.   Каждый
квадратный дюйм очень плотно сидит во льду.
   Питт достал носовой платок из кармана куртки и  высморкался.  Он  потянул
носом воздух, будто пробуя его:
   - Пахнет как-то необычно, док!
   Ханневелл повернулся к нему и тоже медленно втянул воздух.
   - Да. Чем-то отдает. Правда, очень слабо. Не могу определить, чем именно.
   - Если бы вы почаще вылезали из своей лаборатории  и  чуть  больше  знали
жизнь, вы бы сразу уловили аромат какой-то жженой дряни.
   - А откуда он исходит?
   Питт кивнул на судно у себя под ногами.
   - Откуда же еще - оттуда!
   Ханневелл отрицательно покачал головой.
   - Этого не может быть, и это доказано наукой. Вы не можете ощутить  запах
неорганической субстанции, закованной в лед, находясь снаружи.
   - Мой длинный нос меня никогда не обманывал, - ответил Питт.
   Полуденное солнце постепенно  побеждало  холод.  Питт  снял  свою  летную
куртку.
   - Видимо, где-то протаяло.
   - Ну вас с вашим высококвалифицированным носом,  -  сказал  Ханневелл.  -
Предлагаю не разыгрывать из себя ищейку, а приступить к установке термитного
заряда. Единственная возможность пробиться внутрь корабля  -  это  растопить
ледяную шубу.
   - Мы очень рискуем.
   - Положитесь на меня, - мягко сказал Ханневелл. - Я не собираюсь взрывать
весь айсберг, а вместе с ним корабль, вертолет и нас с вами. Я хочу начать с
малого количества, постепенно прокладывая путь внутрь.
   - Меньше всего я думал об айсберге. Я думал об изувеченном  корабле.  Что
если пробиты топливные баки и вытекающим  из  них  топливом  залита  килевая
часть по всей ее длине? Стоит просчитаться и поджечь  хотя  бы  одну  каплю,
весь корабль вспыхнет, как грандиозный фейерверк.
   Ханневелл постучал ногой по плотному ледяному покрову.
   - И как же вы намерены пробиться через это - с помощью ледоруба?
   - Доктор Ханневелл, - спокойно сказал Питт, - я не стану  оспаривать  тот
факт, что вы известны во всем мире как  один  из  самых  выдающихся  ученых.
Однако, как и многим выдающимся ученым, вам не хватает знаний о практической
стороне жизни. То вы говорите о термитном заряде, то о ледорубе. Не берите в
голову все эти сложности. Мы просто произнесем: "Сезам, откройся".
   - У вас под ногами лед ледникового периода,  -  сказал  Ханневелл.  -  Он
очень плотный. Вы не сможете пробиться сквозь него.