- Я сам всю жизнь мечтал, -  вставил  и  Сергей  Иванович,  как  Гюго
прочитал, так и возникло желание: обязательно девяносто третий.  Некоторые
хотят, например, две тысячи какой-нибудь, а  я  почему-то  именно  в  этот
самый девяносто третий - и все...
     - Ну, нам не положено, - с легкой грустью заметил Игорь Васильевич, -
это уж вам... Как говорится, и с профессиональной точки зрения.  Думаю,  у
вас в институте многие хотели  бы,  да  не  могут.  На  полгодика-годик  -
пожалуйста, а чтобы сразу в другую пятилетку... Ну, это же понятно: у  вас
способности... Если хотите знать, я уже двадцать лет вашими экспериментами
интересуюсь, и вот даже Сергею  говорил,  не  даст  соврать:  Юрий  Ильич,
говорю, из экстраполяторов самый в институте  способный.  Еще  вы  обычным
экстраполятором работали, а я как только в "Вестнике"  ваш  отчет  прочту,
так и говорю: обязательно надо бы Юрию Ильичу на пятилетку-другую рвануть!
И руководству даже докладывал... Да ведь вы сами  понимаете,  Юрий  Ильич,
времена были другие. Кто  бы  вас  тогда  на  пятилетку  вперед  отпустил?
Считалось - нецелесообразно... Даже однажды  -  помнишь,  Сергей,  ты  еще
только стажером пришел, семнадцать лет назад - требовали, чтобы я на  вас,
Юрий Ильич, написал субъективку,  как  говорится  -  ну,  это  у  нас  так
называется, мое,  значит,  субъективное  мнение,  а  я  говорю:  хотите  -
пожалуйста, вот я кладу билет на стол, и можете тогда делать, что  хотите,
только я Юрия Ильича знаю и ручаюсь... Видите, Юрий Ильич, и в те  времена
у нас тоже разные люди были.
     - А здорово вы ее, - неожиданно сказал Сергей Иванович и улыбнулся. В
отличие от старшего, он улыбался сдержанно и тонко. -  Здорово!  Раз  -  и
скрутили. Могла ведь шум поднять! Убить, конечно, не убила бы, а шуму было
бы много...
     -  Так  я  же  всегда  говорил,  -  тут  же  включился  в  неожиданно
повернувшийся разговор Игорь Васильевич, - всегда говорил, что Юрий  Ильич
исключительно смелый человек! Вы же ведь смелый человек, Юрий Ильич?
     - Как вам сказать,  -  я  смутился,  пожал  плечами.  -  В  общем,  я
действительно в последнее время мало чего боюсь. Семья у  меня  небольшая,
жена - человек самостоятельный, чего мне бояться?
     - Вот и я говорю, - согласился Игорь Васильевич. - Вы  же  и  нас  не
боитесь, правда? Написали все, как будет, ничего не смягчили. Как будет  -
так и написали. И про интернационалистов, и про молодежь...  И  правильно!
Зачем скрывать, если вы уверены? Нам ведь надо знать чистую  правду,  если
мы  правду  знать  не  будем,  кто  же  и  предостережет  руководство?   А
руководство надо предостерегать...
     - И про наших-то, - Сергей Иванович опять тонко улыбнулся, пухлые его
щеки едва заметно дрогнули, -  про  наших-то...  как  они  на  стрельбу...
примчались... и цепью, цепью... тоже не побоялись сообщить, Юрий Ильич?
     -  И  правильно  сделали,  что  не  побоялись!  -  воскликнул   Игорь
Васильевич. - Кстати: вы случайно в лицо никого из них не запомнили? А  то
у нас есть такие факты, что там... некоторые товарищи... ну, в  общем,  не
из наших, а только под наших маскируются... Да  что  я  вам  объясняю,  вы
такую возможность не хуже меня знаете, вы в одном из  своих  экспериментов
ее даже отработали, только в прошлом, конечно...
     - В ушедших временах, -  уточнил  Сергей  Иванович,  правильно,  Юрий
Ильич?
     - В общем, да, - вяло согласился я, - только не в ушедших, а в  давно