технологий вызывает изменения в системе общественных  отношений:  появляются
новые отношения собственности, на их базе - новые социальные  классы,  новые
формы политической власти, идеологии и  искусства  и  т.д.  Приложение  этой
схемы к современности  приводит  Бюля,  Крокера  и  Вэйнстейна  к  тезису  о
переходе  к   новой   фазе   капитализма,   когда   классические   структуры
индустриального  общества  устраняются  по   мере   внедрения   компьютерных
технологий.
   По мысли автора теории  "виртуального  общества"  А.  Бюля,  с  развитием
технологий  виртуальной  реальности  компьютеры  из   вычислительных   машин
превратились в универсальные машины по производству  "зеркальных"  миров.  В
каждой  подсистеме  общества  образуются  "параллельные"  миры,  в   которых
функционируют  виртуальные  аналоги  реальных   механизмов   воспроизводства
общества: экономические интеракции и политические  акции  в  сети  Internet,
общение с персонажами компьютерных игр и тому подобное. Процесс замещения  с
помощью компьютеров  реального  пространства  -  как  места  воспроизводства
общества - пространством виртуальным Бюль называет виртуализацией.
   Если А.  Бюль  разрабатывает  структурно-аналитический  аспект  марксовой
схемы, констатируя как факт, что гиперпространство  "параллельных"  миров  -
это новая  сфера  экспансии  капитализма,  то  авторы  теории  "виртуального
класса" А. Крокер и М. Вэйнстейн делают акцент  на  критике  -  разоблачении
киберкапитализма  как  системы,  порождающей   новый   тип   неравенства   и
эксплуатации. Владельцы компаний,  производящих  программное  обеспечение  и
предоставляющих  доступ  в  Internet,  рассматриваются   как   ядро   нового
господствующего класса, движимого  волей  к  виртуальности  и  превращающего
виртуальную реальность в капитал. Виртуализацией Крокер и Вэйнстейн называют
новый тип отчуждения: отчуждение человека от собственной  плоти  в  процессе
пользования компьютерами и превращение ее в потоки  электронной  информации,
подпитывающие виртуальный капитал. Канадские авторы  очевидно  перефразируют
метафору Маркса, именовавшего капитал вампиром, питающимся живым  трудом(2).
Вообще  говоря,  модель  Крокера  и  Вэйнстей-------------(1)  Buhl  A.  Die
virtuelle  Gesellschaft.  ukonomie,  Politik  und  Kultur  im  Zeichen   des
Cyberspace. Opladen, 1997; Becker В., Paetau М. (Hrsg.). Virtualisierung des
Sozialen.   Die   Informationsgesellschaft   zwischen   Fragmentierung   und
Globalisierung. Frankfurt a. M" 1997; Kroker A., Weinstein  М.  Data  trash.
The theory of the virtual class. Montreal, 1994; Иванов Д. В.  Виртуализация
общества // Социология и социальная антропология. СПб., 1997.
   (2) "Капитал - это мертвый труд, который, как вампир, оживает лишь тогда,
когда всасывает живой труд и живет тем полнее, чем больше  живого  труда  он
поглощает" (Маркс К., Ф. Энгельс. Сочинения, 2-е изд. Т. 23. С. 244).
   [16]
   на -  это  скорее  результат  постмодернистской  стилизации  марксистской
риторики, нежели итог собственно социологического анализа.
   Модель "виртуализации социального" М.  Паэтау  базируется  на  теории  Н.
Лумана, в которой общество определяется  как  система  коммуникаций.  Паэтау
интерпретирует возникновение гиперпространства сети Internet  как  результат
"использования" обществом новых форм коммуникации для самовоспроизводства  -
аутопойесиса (по  терминологии  Лумана).  Наряду  с  традиционными  формами,
"реальными" интеракцией и организацией, коммуникация посредством  компьютера
вносит вклад в производство социальности. Изменение общества рассматривается
как структурная дифференциация системы  вследствие  появления  в  ней  новых