необходимости, поскольку механизм принятия решений на предприятии оставался
прежним.

Способов добиться подобного "акционирования" у руководителей предприятий было
достаточно. В вышеуказанном положении имелась статья, в соответствии с которой
при преобразовании государственного предприятия в АО необходимо было
представление лишь двух документов: устава и соглашения трудового колектива и
высшестоящего государственного органа. Наличие последнего означало, что
"стороны договорились". Отсюда ясно, что торговля шла лишь о пропорции, в
которой распределялся пакет акций.

При этом по мере распада старой хозяйственной системы в руках отраслевых
органов оставалось все менее значимое количество рычагов давления на
руководителей предприятий. Поэтому количество предлогов, под которыми
собственность переходила в руки директоров, все время возрастало. Поначалу это
были реальные основания: если предприятие находилось на аренде, пусть даже
во-многом формальной, по имеющемуся законодательству имущество, приобретенное
за счет его средств, являлось уже его собственностью и его уже действительно
можно было не выкупать. В дальнейшем появлялись все более шаткие основания,
которые тем не менее срабатывали. Сначала появился прецедент безвозмездной
передачи в собственность трудового коллектива имущества, приобретенного на
средства, заработанные в период хозрасчета (начиная с 1986г.). Затем в
собственность безвозмездно передавали имущество, самортизированное на 70% и
более. Наконец, безвозмездно передавали все основные непроизводственные фонды
(жилье, находящееся на балансе предприятия и т.д.).

Учитывая невысокое качество статистической отчетности на предприятиях (это
относится главным образом к бухгалтерскому учету) и невозможность надежной
проверки данных, предоставленных предприятиями, вполне можно объяснить тот
факт, что объем собственности, безвозмездно передаваемой "трудовым
коллективам" (неважно, о какой форме приватизации - акционировании или др.-
шла речь) имел неуклонную тенденцию к завышению по сравнению с обоснованными
величинами.

Следует, правда, отметить, что в случае преобразования государственных
предприятий в акционерные общества приватизационные проекты как правило до
стадии завершения не доходили. Исключением является лишь "КамАЗ", да и то
второй выпуск акций еще не завершен. Это связано с целым рядом факторов,
главными из которых являются: сложный механизм учета движения акций на
предприятии; неразвитость рынка ценных бумаг; недостаточная квалификация
персонала предприятий, на который возлагается решение проблемы выпуска и
размещения акций; отсутствие достаточного количества инвестиционных фирм,
способных взять на себя данные проблемы. В итоге на отечественном рынке ценных
бумаг обращаются лишь акции банков, бирж и коммерческих структур и почти не
представлены акции приватизируемых предприятий.

Учитывая все вышесказанное, можно было бы предположить, что принятие нового
приватизационного закона, поставив все в строгие рамки, позволит избавиться от
многих из перечисленных только что проблем. Однако в настоящее время, хотя
прошло уже 4.5 месяца с момента ввода его в действие, надежды пока не