таких древних, что не говорили на них, наверное, целую вечность.
     - "Вавилонская блудница", - прочел вслух завороженный Морган.
     Ужасное имя эхом  отозвалось  в  подземелье.  Майкл  отвел  глаза  от
гравюры и  заметил,  что  Бугенгаген,  вскарабкавшись  наверх,  скрылся  в
стенном проеме. Морган невольно вздрогнул и последовал за своим  учителем.
Перспектива остаться в темноте один  на  один  с  "Вавилонской  блудницей"
ужаснула Майкла. И он очутился в следующем зале.
     Она была там. Стена Игаэля.  Свет  от  фонаря  на  каске  Бугенгагена
выхватил из мрака гениальную картину художника, сошедшего в  дальнейшем  с
ума. На них смотрело жуткое, зыбкое и вечно изменчивое лицо Сатаны.
     Самый крупный фрагмент картины вызывал  ужас:  Сатана  в  пору  своей
зрелости. Он был уже  почти  сброшен  в  Хаос.  Дьявол  цеплялся  за  край
пропасти, мускулистые  руки  и  ноги  напряглись  в  последнем  усилии,  а
огромная летучая мышь распростерла-над ним крылья, пытаясь защитить своего
господина. Лицо Сатаны было повернуто в сторону и неясно очерчено.
     На втором фрагменте была изображена голова. Вместо волос  из  скальпа
выползали извивающиеся змеи с острыми языками.  Но  голова  эта  также  не
имела четкого рисунка лица.
     Был здесь еще один портрет, самый незначительный по размеру -  Сатана
в детстве. Лицо выписано с  потрясающей  четкостью.  Оно  было  прекрасно,
подобно ликам херувимов эпохи Возрождения. Лицо Дэмьена Торна.
     - Ну что, убедит тебя этот портрет? - проговорил Бугенгаген.
     Но Моргану уже не нужны были никакие доказательства. Зачарованный, он
медленно двинулся к стене, притягиваемый все ближе и  ближе  портретом.  И
вдруг в туннеле раздался звук, напоминающий щелканье кнута. Сразу вслед за
ним послышался грохот. Морган споткнулся и шагнул в  сторону  Бугенгагена.
Оба застыли на месте. Секунды растягивались до бесконечности.
     Внезапно потолок туннеля перед ними подался и стал рушиться, поднимая
столбы  пыли.  Пыль  клубилась,  и  Морган  стал  задыхаться.   Бугенгаген
оставался спокойным. Откашлявшись, Майкл обратился к археологу:
     - Здесь есть еще выход?
     Бугенгаген отрицательно покачал головой и  тотчас  почувствовал,  как
его охватывает дикий страх. Ученый осознал причину происходящего и  в  тот
же момент понял, что они уже ничего не смогут сделать.
     Снова раздался грохот и скрежет. Потолок позади них рухнул. Проход  в
туннеле составлял теперь не более пяти футов шириной,  туннель  становился
их могилой.
     Морган  в  ужасе  взглянул  на  Бугенгагена.  Старик  закрыл   глаза,
смирившись со своей участью. Он был готов к смерти.
     И вдруг послышался новый звук. Поначалу Морган не  понял,  откуда  он
доносится, но потом заметил тоненькую струйку  песка,  просачивающуюся  из
крохотного отверстия в потолке.  Тут  же  образовалось  второе  отверстие.
Через мгновение  их  было  уже  четыре.  Потом  двенадцать.  Вскоре  пошел
настоящий песочный дождь. Песок попадал в глаза, забивался в рот; песочная
куча у ног археологов росла и росла.
     Тут и Морган ясно осознал  приближение  смерти.  Он  окинул  взглядом
туннель: внизу, под его ногами, покоилась "Вавилонская блудница".  Ее  уже
почти засыпало песком. В  диком  и  бессмысленном  порыве  Майкл  принялся
разгребать песок, разбрасывая его в разные стороны. Через несколько  минут
пальцы начали кровоточить, и Морган заплакал.