передние манипуляторы и туловище того, кто возглавлял колонну.  Стальной
череп был мертв, светодиоды погасли, тускло и безжизненно поблескивая  в
свете фонаря, но Седрик тем не менее ощутил смутную  угрозу,  исходившую
неизвестно откуда.
   Воистину это было чудом из  чудес,  что  все  эти  монстры  оказались
похороненными обрушившимся сводом.  Но  все  же  разум  его  отказывался
воспринимать это в таком количестве. Может быть, судьба оказалась бы  по
отношению к ним как раз милосерднее, если бы и они все скопом нашли свою
легкую и мгновенную смерть под грудой камня.  Все  лучше,  чем  подыхать
здесь от голода или удушья. Седрик понятия но имел,  сколько  он  пробыл
без сознания, но сейчас ему казалось,  что  дышать  стало  тяжелее,  чем
тогда, когда он бился здесь с  роботами,  видимо,  кислорода  с  воздухе
поуменьшилось.
   Что его больше всего беспокоило, так это ответ на вопрос,  почему  же
все-таки обрушилась эта штольня. Что же это должен быть за удар, если он
смог вызвать такие страшные разрушения? Но рассуждать на эту чему  можно
было бесконечно долго, находя все новые и новые причины  -  от  обычного
землетрясения до цепной  ядерной  реакции,  возникшей  в  жилах  бирания
где-нибудь в секторе Бета, которую могли вызвать  неосторожные  действия
роботов, - причем  одно  объяснение  было  нисколько  не  хуже  другого.
Впрочем, насколько ему помнилось, землетрясений  здесь  не  происходило:
эта планета по имени  Луна  Хадриана  представляла  собой  уже  довольно
старый, устоявшийся мир, можно сказать, завершенный. С  другой  стороны,
роботы, в особенности роботы-штурмовики, ошибок  не  совершали  никогда.
Нет, Седрик чувствовал, что причина здесь в другом.
   - Нет, - в унисон мыслям Седрика  произнес  вдруг  Тайфан,  и  бывший
терминатор даже не сразу понял, к чему это относилось. - У нас еще  есть
лучемет.
   Он поднял его в подтверждение своим словам, после чего  указал  и  на
стоявший подле Седрика чемоданчик.
   - Кроме того, еще и это. То, что находится у тебя в чемодане.
   Значит, и чемоданчик остался невредим.
   - Ты его не открывал? - полюбопытствовал слегка шокированный Седрик.
   - Разумеется, нет, - ответил Тайфан. - Я никогда не прикоснусь  ни  к
чему, что  принадлежит  другому,  в  особенности  тому,  кому  я  обязан
подчиняться. Эго его собственность.
   "Собственность", - угрюмо повторил про себя Седрик. До сих  пор  этот
чемоданчик воспринимался им как ненужная и обременительная ноша, которую
он таскал за собой.
   - Зато вот он пытался открыть  чемодан,  но  я  ему  но  позволил,  -
продолжал Тайфан, указывая на Набтаала.
   Худосочный партизан, повернувшись к Седрику,  беспомощно-извинительно
развел руками.
   - Я ведь не знал ничего, я даже не знал, жив ли ты еще или...
   Седрик оборвал его нетерпеливым взмахом руки. Поднявшись кое-как,  он
приблизился  к  полузасыпанному  роботу  Мертвое  железное   лицо   тупо
уставилось на нею. Манипуляторы нацелились прямо на него, но вряд ли  из
них теперь мог  вырваться  смертоносный  луч,  машина  даже  не  была  в
состоянии заметить его, пес ос системы были обесточены и мертвы.
   "Нет! Не все!" - вдруг сообразил Седрик. Волосы зашевелились  у  него